Сенатор

Сначала было так: Фридрих I, король Пруссии, человек с дурным вкусом и безграничными амбициями, заказал своим мастерам нечто невиданное. Целый кабинет из янтаря, солнечного камня, который стоил дороже золота. Собирали долго, мучительно, кусочки подгоняли с ювелирной точностью. И вот в 1716 году Пётр I получает эту диковину в подарок. Царь был в восторге. Янтарный кабинет разобрали, упаковали в ящики и отправили в Россию...

Автору «Тысячелетия России» Михаилу Микешину было всего 23 года, когда он победил в конкурсе, обойдя маститых ваятелей. Император Александр II лично утверждал эскизы и предлагал заменить фигуру Ивана Грозного на когонибудь более просвещённого. Но Микешин настоял: царь, покоривший Казань, нужен для полноты картины. Государь скрепя сердце согласился. Памятник открыли в 1862 году в новгородском детинце, напротив Софийского собора...

Яков Санников, ссыльный купец из Якутска, в 1811 году отчетливо различил на севере очертания неизвестной земли. Он клялся, что видел «высокие каменные горы» за кромкой вечных льдов. Ему поверили, ибо кто, если не каторжник, научившийся выживать в этом аду, способен отличить мираж от камня? Десятилетиями за этой приманкой гонялись русские экспедиции. Шхуны уходили в ледяное молчание и не возвращались. Самая известная попытка, предпринятая бароном Эдуардом Толлем на шхуне «Заря», обернулась трагедией...

Тихий океан, 1935 год. Пароход «Чичерин» входит во Владивостокский порт, и на мостике стоит хрупкая девушка в форме. Двадцатишестилетняя Анна Шетинина только что совершила невозможное: она, женщина, провела судно через шторма и туманы. Мужчины на берегу крестились. Газеты кричали о «советском чуде», но за спиной шептали: «баба на корабле быть к беде». Она родилась на Дальнем Востоке, в семье железнодорожника. В 16 лет, вопреки запретам, пошла на морские курсы...

В 1732 году Академия наук снаряжала Вторую Камчатскую экспедицию, и среди «учеников» оказался 21летний Степан Крашенинников, сын московского солдата. Его взяли, по сути, для черновой работы: собирать травки, таскать гербарии, помогать профессорам. Никто не предполагал, что именно этот тихий юноша с глазами голодного волка станет единственным, кто дойдет до конца. Профессора немецкой выучки посматривали на него свысока...

Земля Таманского полуострова хранит тайны. Здесь, где ветер гоняет пыль над курганами, в конце XIX века археолог Иван Забелин решил повторить подвиг Шлимана. Только вместо гомеровской Трои искал он «Русскую Трою», скифские некрополи, о которых греки слагали легенды. Забелин копал вслепую, как хирург, режущий наугад. Но чутье его не подвело. В курганах у станицы Таманской он вскрыл царские погребения, полные золотых гривен, блях и оружия...

В 1937 году в ленинградском Радиевом институте заработала штука, которая должна была решить судьбу страны. Диаметр ровно метр, в четыре раза больше американского образца Лоуренса. Европа тогда ещё не знала, что эта железная махина родит атомную бомбу. Идея родилась ещё в 1922 году у Льва Мысовского, человека с лицом провинциального учителя и мозгами безумного гения. Он заведовал физическим отделом и мечтал разогнать частицы так, чтобы те прошивали материю насквозь...

В августе 1941 года, когда немцы уже перемалывали оборону под Уманью, в полевой госпиталь № 2130 прибился молодой врач из Еревана. Геворк Аветисян только что окончил мединститут и вместо распределения в тыл сам напросился на фронт. Через месяц его госпиталь попал в окружение. Старшие офицеры запаниковали и приказали сжечь документы, но Аветисян не стал жевать сопли. Он собрал уцелевших санитаров,...

Николай Кибальчич, человек с лицом семинариста и душой инженера, сидел в камере Петропавловской крепости и рисовал чертежи. Не побег, не прошение о помиловании. Проект ракетного летательного аппарата с пороховым двигателем, регулируемой тягой и принципом реактивного движения. За два дня до казни он передал записку адвокату: «Если моя идея после тщательной разработки будет признана исполнимой, то я был бы счастлив, что оказал такую услугу»...

» Она была гордостью Черноморского флота, головным дредноутом, чья мощь внушала трепет даже туркам. Спущенная на воду в 1915 году, «Императрица Мария» за год ни разу не вступила в бой: её появление в море действовало устрашающе само по себе. А потом случилось то, о чём до сих пор спорят историки и разведчики. 20 октября 1916 года, в 6:20 утра, тишину севастопольского рейда разорвал грохот. Корабль вздрогнул, и из носовой части вырвался столб огня и дыма...

В мае 1682 года Москва полыхала не только стрелецкими бунтами. Пока стрельцы под командованием князя Хованского решали, кому сидеть на троне, в срубе на Красной площади добровольно сгорели два десятка старообрядцев. Они не ждали приговора, они сами запалили солому. Власть в эти дни висела в воздухе. Царевна Софья только что отбила престол у Нарышкиных, малолетний Пётр прятался в ТроицеСергиевой лавре, а по Москве ходил слух: «Царьантихрист уже народился, и имя ему Пётр Алексеевич»...

18 июня 1887 года российский министр просвещения Иван Делянов подписал циркуляр, который вошел в историю как «циркуляр о кухаркиных детях». Документ предписывал директорам гимназий и прогимназий при приеме детей «учитывать возможности лиц, на попечении которых эти дети находятся». Фактически это означало, что «гимназии освободятся от поступления в них детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и тому подобных людей»...