Приступ ностальгии

Мы часто ворчим, что наш великий и могучий русский язык в последние годы буквально оккупировали англицизмы. Куда ни глянь — сплошные «дедлайны», «брифы», «коворкинги» и «митинги». Кажется, что это игра в одни ворота. Но, покопавшись в словарях и истории, спешу вас утешить: мы тоже неплохо «наследили» в английском языке. Конечно, про «водку», «спутник» и «балалайку» знают все — это уже лубочные сувениры, а не живая речь. Я же выбрал для вас 7 слов, которые прочно обосновались в лексиконе иностранцев, но при этом часто живут там своей, совершенно неожиданной жизнью...

Знаете, я тут на днях полез на антресоли и наткнулся на коробку, от которой буквально повеяло моим детством. Там, завернутые в пожелтевшие газеты «Труд» за 1985 год, лежали вещи, которые раньше считались признаком зажиточности, стиля и «дома — полной чаши». А сегодня? Сегодня дизайнеры интерьеров презрительно морщат нос и называют это «визуальным шумом» или просто хламом. Давайте честно: мы стали прагматиками. Нам нужно быстро, удобно и чтобы в посудомойку влезало. Но у той, советской «роскоши», была душа...

Сегодня я хочу поговорить о том, что современной молодежи кажется дикостью, а для нас было суровой, но привычной реальностью. Знаете, когда я рассказываю племяннику, что за неправильную музыку могли выгнать из комсомола, он смотрит на меня как на динозавра. В СССР хватало официальных «нельзя» — валюта, спекуляция, критика власти. Но были и негласные, «народные» табу, которые давили на психику похлеще Уголовного кодекса. Давайте вспомним, как мы жили в системе координат «не положено» и как умудрялись находить в этом свои маленькие радости...

Приветствую, друзья. Сегодня захотелось поговорить о вещи, которая для многих из нас была куда ценнее содержимого. О сокровище, которое годами хранилось за стеклом серванта, вызывая трепет и тихое восхищение. Речь пойдет о советских коробках от конфет. Помните это щемящее чувство? Праздник, гости, и вот на столе появляется она — нарядная, расписная коробка конфет. Конфеты съедались, а коробка оставалась. И начиналась ее вторая, порой, куда более долгая жизнь. Для нас, мальчишек, это были лучшие в мире хранилища для бесценных коллекций вкладышей, марок или календариков...

Если задуматься, сама идея паспорта — это чистая магия. Несколько страниц, пара печатей, фото, где ты почему-то похож на преступника — и вот уже документ говорит о тебе больше, чем ты сам. Но ведь когда-то люди жили без всего этого. И чем глубже копаешь историю, тем сильнее удивляешься: человечество умудрялось контролировать, считать, пропускать и задерживать людей задолго до ламинированных разворотов. А в моей голове всё это складывается в один большой сюжет о том, как мир постепенно учился узнавать человека «в лицо» — ещё до того, как появились фотографии...