НУАР-NOIR
Он подписывал картины чужими именами, чтобы обмануть рынок. И рынок до сих пор не понял, кто он
Представьте себе художника, который всю жизнь мечтал писать, но вынужден был прятаться за чужими именами. Представьте себе живописца, чьи картины разошлись по миру миллионами открыток, но чье настоящее имя долгое время оставалось загадкой для искусствоведов, путавших его с французским скульптором. Этот человек — Ханс Зацка (Hans Zatzka), австрийский академист и фантазер, родившийся в Вене 8 марта 1859 года. Его жизнь — это не просто биография творца, это захватывающий культурологический детектив...
150 девушек, 40 кг костюмов и никакого спасения. Фильм, после которого вы поймёте, что такое настоящая роскошь
Первое: представьте себе шоу, где 150 девушек в костюмах, весящих под 40 килограммов, спускаются по гигантской вращающейся лестнице под музыку, которую сочинил лучший композитор Бродвея. Зрители в зале плачут. Не от смеха — от красоты. Представьте себе продюсера, который разоряется шесть раз, но каждый раз встаёт и идёт в банк за новым кредитом, потому что он знает: его шоу — это не развлечение, это — чудо. Представьте себе время, когда чудо можно было купить за деньги. И когда деньги кончились — чудо тоже кончилось...
Девочка, которая переписала свою судьбу. Баллада о грязи и мечтах
Представьте: 1849 год. Калифорния. Золотая лихорадка. Тысячи людей едут на запад, чтобы разбогатеть. Они оставляют дома. Семьи. Имена. Они верят, что земля обетованная ждёт их. А потом — грязь. Пыль. Смерть. Они моют золото в ледяной воде. Они находят крупицы. Но не счастье. А вы — девочка. Вам четырнадцать. Вы приехали с мамой и братьями. Ваш отец умер. Мама бежит от горя. Она думает, что новое место — это новое начало. Но прииск «Счастливый» — не начало. Это — конец. Здесь взрослые дерутся. Пьют...
Список, в котором есть ваше имя. И рядом — вопрос. Вы бы стали искать ответ?
Представьте, что вы нашли список. Не список покупок, не черновик рождественских поздравлений — а перечень имен. Обычных имен, написанных аккуратным почерком на клочке бумаги, извлеченном из кармана мертвой женщины. И среди этих имен — ваше собственное. С маленькой, почти незаметной деталью: рядом с ним стоит знак вопроса. Не восклицательный знак тревоги, не жирная точка приговора — именно вопрос. Будто сама смерть, составляя свою бухгалтерию, задумалась на мгновение, склонив костлявую голову набок:...
Советский «Дракула», который никто не понял. Или не захотел
Представьте себе зал, залитый мертвенным светом сотен свечей. Паркетный пол начищен до зеркального блеска, но в этом зеркале отражается нечто неладное — лица танцующих слишком бледны, их движения выверены до неестественности, а музыка кажется звуком заведенной пружины, которой осталось работать всего несколько мгновений. Если вглядеться в этот кадр из фильма Евгения Татарского «Пьющие кровь» (1991), можно увидеть не просто костюмированную сцену бала в российской империи XIX века. В этом танце кроется пророчество...

