НУАР-NOIR

В тишине венских салонов, где воздух был густо пропитан запахом старого бархата, табачного дыма и почти осязаемым предчувствием заката империи, полотна Эдуарда Ансена-Хофманна производили эффект разорвавшейся чувственной бомбы. Зритель, утомленный чопорностью бидермайера и академической сухостью исторических полотен, вдруг оказывался лицом к лицу с обжигающей, пряной экзотикой: перед ним представали полуобнаженные одалиски, темнокожие рабыни на невольничьих рынках и сцены вакханалий, балансирующие на грани приличия...

Представьте себе полицейский участок во Флориде начала 1960-х. На стене — карта, испещренная отметками. Серия ритуальных убийств. Жертв находят обескровленными, с вырезанными внутренностями. В воздухе пахнет хлоркой и паническим страхом. Детективы изучают улики, но их мозг словно затуманен — может быть, от жары, может быть, от того, что сегодня суббота, а суббота, как известно, день шабаша. Один из полицейских поворачивается к карте и произносит фразу, которую мог бы произнести только актер из фильма...

Существует ли искусство, в котором время не просто течет, но и сворачивается в кольцо, где прошлое не предшествует будущему, а присутствует в нем как неотменимое инобытие, как вечно гноящаяся рана? Кинематограф, понятый не как движущаяся фотография, но как софийная энтелехия эпохи, есть не что иное, как умное делание самого Времени, выявляющее его эйдос. И в этом умном делании жанр нуара занимает место особое, а именно — место апофатического богословия современной культуры. Нуар не рассказывает историю греха; нуар есть энергия самого греха, явленная в модусе чистой визуальности...

«Они думали, что летят к звёздам, но оказались в ловушке собственного разума». Эту фразу из рекламной кампании фильма «400 дней» (2015) можно было бы счесть обычным голливудским клише — ещё одна история о том, как космос сводит с ума горстку астронавтов. Таких фильмов десятки: от «Соляриса» до «Сквозь горизонт», от «Пандорума» до «Вызова». Но за внешней банальностью здесь скрывается нечто гораздо более тревожное. «400 дней» — это не фильм о космосе. Это фильм о вас. Обо мне. О любом, кто хотя бы раз предпочёл удобную иллюзию неудобной правде...