💢 Пётр А. Новокрещёнов | Рассказы

Сегодня в налоговой обрушилась крыша. Был выходной, поэтому я приехал на вызов, не ожидая пострадавших, поднялся на второй этаж и долго ходил между разломанных бетонных плит, ещё недавно бывших потолком, и разминал ботинками серую пыль в свежевыпавшем снегу. — Ты что написал? Кто же так пишет? — Как умею, — развёл руками Кольцов. Я раздражённо перегнулся через стол и стряхнул с него остатки бетонной крошкой. Кудрявобородый, с большими глазами, он походил на жертвенного барана. Расследовать было нечего:...

В сегодняшних запоздалых "книжных находках ноября": Сборник рассказов Владимира Набокова. На фото не видно, но The Stories of Vladimir Nabokov — это толстенный фолиант на страниц 650, под завязку забитый рассказами уровня C3. Да, я не ошибся: просто, когда Набоков вместо слова fire использует conflagration, уровня C2 (Native speaker) становится недостаточно. А вот что на фото видно, так это фактурнейшую матерчатую обложку и приятный глазу шрифт — а это не последнее дело для такой толстой книги, за которой вы проведёте не один час...

Заряжаем "книжные находки октября" на высокой ноте, сегодня у нас "Сторож" Гарольда Пинтера. Вот за такими книжками я хожу в библиотеки. Вы посмотрите не неё, она рассыпается в руках, это — древнее знание, которое прочтёт ещё человек пять, прежде чем оно окончательно дезинтегрируется! Тут и заметки какие-то, и необъяснимые подписи и вываливающиеся страницы, которые можно собрать в любом порядке, чтобы у следующего читателя прохождение книги было уникальное. Самое интересное, что, если цифры не врут,...

Пару слов про то, что переписывание может сделать с рассказом; или, как произведение трансформируется, подстраиваясь под условия разных конкурсов. Впервые рассказ о двух персонажах, которые кочуют из одного сказочного сюжета в другой, путём жёстких телесных трансформаций, я написал для конкурса «Астра-блиц». Мимо топ-5 я, как это водится, с треском пролетел, но рассказ остался и потом трансформировался в рассказ на мини-турнир «Мистики и Ужаса» от Бумажного Слона. На самом деле два рассказа очень разные, и читать их лучше именно в том порядке, в каком они идут ниже — так безнадёга укрепляется...

Кровать, зеркало напротив и четыре угла комнаты. Глаза закрываются и кулак, сжатый большим пальцем наружу, приближается к напряжённым губам. Расслабиться, приоткрыть рот, соприкоснуться чуть под углом. Оттопырить нижнюю губу и, выждав буквально мгновение, прильнуть полностью, нежно, на вдохе. И не открывать глаза. Майский воздух, сладкий и солнечный, крупными каплями сочится в комнату. Поцелуй остаётся внутри кулака. Вдох, и в зеркале всплывает смущённый взгляд. Он ощупывает молодое и лёгкое тело, которому принадлежит...