Разговор в поезде

Он написал мне в одиннадцать вечера. «Можно поговорить? Только без иронии». Мы не были друзьями. Просто знакомые по работе. Он — из тех мужчин, про которых говорят «всё при нём». Должность, аккуратная борода, дорогие часы без показного блеска. В соцсетях — жена, ребёнок, отпуск у моря, подписи про ценности и благодарность судьбе. Я согласилась на видеозвонок. Он выглядел плохо. Серый оттенок кожи, тяжёлые веки. За его спиной — идеальная кухня с мягкой подсветкой. Всё как на рекламной картинке...

Я понял, что это не совпадение, в тот момент, когда увидел своё имя. Не на экране телефона, не в документах и не в переписке — на смятом клочке бумаги, лежащем на кухонном столе. Я точно помнил: вечером стол был пуст. Я живу один. Дверь я всегда закрываю. И всё же бумага была здесь — будто кто-то положил её нарочно, не стараясь спрятать. Сначала я рассмеялся. Усталость, недосып, привычка додумывать. Я взял листок в руки — обычная бумага, вырванная из блокнота, неровный край. Моё имя было написано ручкой, уверенно, без помарок...

Я долго убеждал себя, что совпадения — это нормально. Мозг любит находить закономерности там, где их нет, так мне всегда казалось. Поэтому в первую ночь я просто не обратил внимания. Во вторую — отметил про себя и забыл. А на третью понял, что если продолжу делать вид, будто ничего не происходит, мне станет по-настоящему страшно. Потому что совпадения не должны быть такими точными. Всё началось с мелочи. Я стал возвращаться домой примерно в одно и то же время — работа, привычный маршрут, одни и те же остановки...

Я был дома один. Я точно это знал. Закрыл входную дверь, проверил замок, прошёлся по комнатам, заглянул в ванную и на кухню. В квартире было тихо, слишком тихо, как бывает поздно вечером, когда город за окном замирает. И всё равно ощущение не исчезало. Оно не пугало напрямую — просто не давало расслабиться, будто в комнате стало меньше воздуха. Вечер был обычным. Я сидел в телефоне, телевизор работал фоном, свет был включён. Ничего, что могло бы насторожить. Но время от времени я ловил себя на том, что прислушиваюсь...

Я долго не обращал внимания на соседей. Сейчас это звучит как оправдание, но тогда всё казалось слишком обычным, чтобы насторожиться. Тихий подъезд, старая пятиэтажка, одни и те же лица годами. Я был уверен: если в этом доме и есть что-то странное, то точно не опасное. Именно так думают люди перед тем, как начинают вспоминать мелочи, которые лучше было не игнорировать. Я тоже вспомнил. Слишком поздно. Они жили через стену. Муж и женщина, примерно моего возраста, без детей, без гостей, без шума. Я почти не знал их — короткие кивки в коридоре, редкое «здравствуйте», и всё...

Мои родители в прошлом году купили дачу. Оказалось, что у нас очень приветливые соседи - семейная пара с дочкой-подростком. Девочка была очень миловидная. Но ее длинные волосы цвета фуксии слегка шокировали. Мой папа стал расспрашивать соседей, что здесь и как. Какие, мол, порядки в СНТ. Но, оказалось, что они тоже «новенькие». Супруги купили здесь дачу буквально за пару месяцев до нас. До этого у них был участок практически в курортной зоне – на берегу водохранилища. Дом им достался в наследство...

Об этой истории я узнала в риелторской службе, куда мы обратилась при обмене квартиры. А дело было так. Абсолютно здоровый до того, пятилетний ребенок, вдруг стал выкидывать такое! Родители сбились с ног. Обошли все инстанции от церкви до психбольницы. Но обо всем по порядку. Мы продавали свою вторичку и покупали новостройку. Вначале сами продавали через авито. Но никто не покупал. Звонили, смотрели и уходили. А риелтор полусеньезно так сказала. Мол, правильно, что пришли а агентство. Сейчас все боятся у частных лиц покупать...

Борис Николаевич Морковкин, женатый мужчина сорока двух лет от роду, с зарплатой в шестьдесят тысяч рублей (до вычета налогов), никогда не отличался особой активностью. Его идеальный вечер всегда состоял из трех компонентов: диван, пиво и критика современного мира. Особенно доставалось женщинам — по мнению Бориса, именно они виноваты в том, что мужики спиваются, рождаемость падает, а дети не встают по стойке «смирно», когда отец заходит в комнату. Жена уже привыкла к равномерному ворчанию мужа, и даже находила в его пассивности особую прелесть...

Когда я училась в университете, жила в общежитии с двумя девочками. Комната была стандартной: три кровати, общий стол, встроенный шкаф у стены. Мы неплохо ладили, но к концу июня одна из девочек уже уехала домой, оставив меня с соседкой вдвоём. Сессия была в разгаре, поэтому я засиделась допоздна, зубря билеты. Время перевалило за полночь, и мы, наконец, решили лечь спать. Свет выключили, комната погрузилась в темноту. Я лежала, уставившись в стену, слушая редкие звуки за окном. В комнате было тихо, только соседка ворочалась на кровати...

Как-то очень давно я была на даче с мамой, тётей и её сыном. Вечером мы решили прогуляться, чтобы скоротать время перед отчётным концертом «Фабрики звёзд». Всё было как обычно: летняя деревенская тишина, мягкий теплый воздух, но что-то казалось странным. Почему-то на главной всегда оживленной улице не было ни души: ни гуляющих соседей, ни собак, ни звуков радио из распахнутых окон. Будто вся деревня вдруг исчезла. Мы шли до конца улицы, где начиналось поле, и тут заметили, что по нему двигается мужчина...

Когда мне было 17, мои бабушка с дедушкой уехали в деревню, оставив меня на присмотре за квартирой. Это был настоящий подарок судьбы для подростка! Свободное пространство, никаких взрослых — идеальный повод устроить день рождения, какой мне хотелось. Я тогда была оторвой, и друзья у меня были под стать: шумные, веселые, не слишком заботившиеся о порядке. Вечеринка удалась. Был смех, музыка, пицца, напитки и полный хаос. Когда последние гости ушли, я с трудом добралась до кровати и мгновенно уснула, не задумываясь о том, какой разгром устроила за один вечер...

Ольга с мужем поссорились. Главное, из-за ерунды поссорились, из-за ремонта. Ольга говорит, мол, да здесь стены неровные, надо ровнять. Иначе обои нормально не поклеишь, стыки разойдутся. Муж возражал. Мол, кто ровнять будет? Дорого. Ну, в итоге Ольга решила, что сама все сделает. И обдерет, и пройдется со шпателем. Может быть, неидеально, но лучше, чем ничего. Муж не возражал. Он к маме уехал, играть в компьютерные игры. Ольга даже предполагает, что это только предлог был. Но ей же лучше. Включила она себе аудиокнигу, намочила старые обои, а потом начала аккуратненько отделять их о стены...