Тихое необъяснимое | Рассказы

Странные звуки, открытые двери и письма 1943 года. Разбираю, что на самом деле происходило в бабушкином доме. История, после которой меняется взгляд на мистику. Я смеялся над мистикой до тех пор, пока не остался один в бабушкином доме. Дверь сама закрылась. Радио заиграло. И тут я понял: объяснений нет. Всё началось поздней осенью. Я приехал на дачу один, чтобы разобрать чердак и подготовить дом к зиме. Бабушка ушла два года назад, но запах сушёных яблок и старой бумаги всё ещё висел в воздухе. Я привык к этому месту...

История из детства, которую я храню в сердце Каждое лето я гостила у бабушки Ани в соседней деревне. От нашей — всего три километра грунтовкой, но мир там казался другим. Дом бабушки стоял в конце улицы, последним. Дальше — только поле, рожь до горизонта и старая вишня у забора. Эта вишня была особенной. Бабушка говорила: «Её ещё мой папа посадил, перед войной. Я под ней впервые заплакала. И впервые влюбилась. И тебя, внученька, под ней встречала каждый год». Я любила сидеть в её тени. Листья шелестели, как будто шептали секреты...

Мы с Катей родились в один день, с разницей в 15 минут. Я — Лена, она — Катя. Нас путали все: родители, когда торопились, учителя в школе, друзья во дворе. Даже парни, с которыми мы встречались, иногда не могли различить, кто из нас кто. Мы были не просто сёстрами — мы были одним целым, двумя половинками одного целого. Мы чувствовали боль друг друга на расстоянии. Если Катя падала и разбивала коленку, у меня тоже начинало болеть в том же месте. Если мне было грустно, она знала это, даже не видя меня...

Новый год — время чудес и желаний. Мы все загадываем что-то под бой курантов, пишем записочки, жжём их в бокалах с шампанским, надеемся на лучшее. Я тоже загадала. И пожалела об этом. Подруга Катя, с которой мы дружим с института, подарила мне на Новый год красивую свечу. Ручной работы, с ароматом корицы и апельсина, в стеклянном подсвечнике, украшенном сушёными дольками цитрусовых. Очень атмосферно. Она вручила мне её за час до боя курантов и сказала серьёзно, даже слишком серьёзно для праздника: — Это особенная свеча...

Я работаю в ночную смену в кафе уже три года. Обычная работа: готовить кофе, мыть посуду, улыбаться уставшим людям. Заканчиваю всегда в час ночи, потом пешком до остановки, жду последний автобус. Маршрут 47-й идёт через весь город, до самой окраины, где я живу в панельной девятиэтажке. Автобус ходит раз в час, последний в 2:15. Если опоздала — всё, пешком два часа по тёмному городу. В ту ночь было холодно, моросил противный осенний дождь. Я заскочила в автобус, приложила карточку к валидатору, села поближе к выходу...

Я заядлый грибник. Каждую осень, как только начинается сезон, я ухожу в лес с корзинкой и пропадаю там целыми днями. Знаю все тропки, все полянки, все грибные места в радиусе 50 километров от города. Для меня лес — второй дом. В прошлое воскресенье выдался тёплый солнечный денёк. Я решил пойти в дальний лес, куда редко заходят люди. Места там грибные — белые, подосиновики, лисички — хоть косой коси. Собрал уже полную корзину, довольный, хотел поворачивать назад, но забрёл слишком далеко. Места незнакомые, лес густой, солнца не видно из-за крон...

Я обожаю блошиные рынки. Старые вещи, антиквариат, всякие интересные штуки с историей — моя слабость. Могу часами бродить между рядами, разглядывать пыльные безделушки, представлять, кому они принадлежали раньше. В прошлые выходные гуляла по такому рынку в центре города и вдруг увидела зеркало. Старинное, в тяжёлой деревянной раме, с потёртостями и царапинами, с благородной патиной на бронзовых уголках. Красивое, загадочное, будто из другой эпохи. Продавец — старый дед с хитрыми прищуренными глазами, в кепке и ватнике — назвал цену смешную...

Я работаю сторожем на старом заводском складе уже 10 лет. Работа не пыльная — сиди себе в будке, смотри телевизор, пей чай, обходи территорию пару раз за смену. Платят немного, но для пенсионера самое то. Спокойно, тихо, никто не трогает. Склад огромный, ещё советских времён. Цеха, ангары, подвалы, подсобки. Многие давно закрыты, стоят пустые, заколоченные. Завод обанкротился лет 20 назад, всё растащили, что могли. Остались только стены и ржавые конструкции. Но есть один цех — №4 — который закрыт всегда...

Мне 19 лет, я учусь в университете, живу в общежитии. Мы с девчонками любим всякую мистику — гадания, страшилки, фильмы ужасов на ночь. А на святки, в ночь перед Рождеством, решили погадать по-настоящему. На суженого-ряженого, как бабушки учили. Собрались в комнате у Ленки — она у нас старшая, самая опытная в таких делах. Выключили свет, зажгли свечи. Раскинули старые карты, потрёпанные, ещё бабушкины. Каждая тянула по одной. Кому что выпадет. Одной девчонке выпало кольцо — к свадьбе скорой. Другой — дорога — к переезду в другой город...

Мне исполнилось 30 лет. Круглая дата, как-никак. Собрались друзья, родственники, коллеги по работе. Надарили кучу подарков — стандартные наборы: духи, книги, подарочные сертификаты в косметические магазины, красивые свечи. Всё как обычно. Но один подарок выделялся. Его принесла дальняя родственница, тётя Зина, которую я видела, наверное, раза три в жизни. Старенькая, сухонькая, с хитрыми прищуренными глазами, в старомодном платке. Она подошла ко мне, когда все уже сидели за столом, и протянула небольшую шкатулку из тёмного дерева, украшенную потускневшей бронзой...

Я люблю тусовки. Всегда любил. Музыка, люди, драйв, новые знакомства — это моё. Каждые выходные я где-то зависаю, и меня это полностью устраивает. Друг Колян, с которым мы вместе учились в универе, позвонил в пятницу вечером: — Слышь, есть тема. Закрытая вечеринка в старом особняке в центре. Только для своих, вход по паролю, будет жёстко. Я в списке, тебя могу приписать. Едешь? — Конечно! — ответил я, даже не думая. Особняк стоял в тихом переулке, старый, дореволюционный, с колоннами и лепниной на фасаде...

Мы живём в небольшом городке, каких тысячи по России. У нас есть старый парк аттракционов — ещё советский, с теми самыми каруселями, которые помнят наших родителей, а может, и бабушек с дедушками. Колёса обозрения, качели-лодочки, цепочки и, конечно, деревянные лошадки. Мы с детьми ходим туда каждые выходные. Дочке Ане 7 лет, сыну Диме 5 — они обожают этот парк. Для них это праздник, волшебство, счастье. Особенно они любят карусель с лошадками. Эти деревянные кони — разноцветные, с настоящими гривами, с сёдлами — кажутся им живыми...