Рассказы Арианы

— Подвинься, я сама порежу, — Катя уверенно отодвинула меня от кухонной столешницы, забирая нож. Антон сидел за обеденным столом и листал ленту в телефоне. На нём была серая футболка, которую Катя подарила ему на прошлый Новый год. «Ему идёт мышиный, поверь мне», — сказала она тогда в торговом центре. Я поверила. Семь лет брака я верила каждому её слову, каждому совету и каждому взгляду. Я смотрела, как ловко Катя шинкует зелень для салата на моей кухне в старой хрущёвке, и чувствовала привычный укол благодарности...

Я вошла в квартиру в половине восьмого утра. Три дня не была дома. Три дня в больнице, потом в морге, потом снова в больнице — оформляла бумаги. Мама умерла в среду ночью. Я не спала с вторника. Дмитрий встретил меня в коридоре. Что-то сказал — про соболезнования, про то что надо поесть. Я не слышала. Прошла мимо него в комнату. Остановилась у порога. Диван стоял у другой стены. Мой письменный стол — тот, за которым я работала двенадцать лет — исчез. На его месте стояла этажерка с фарфоровыми статуэтками...

Я не искала её. Она сама выскочила — в рекомендациях ВКонтакте, между рекламой крема и новостями какого-то паблика. Красивая. Молодая. Двадцать девять лет на фото и полсотни общих друзей с моим мужем. Замужем я восемнадцать лет. Сын взрослый, живём вдвоём с Алексеем. Всё как у всех — работа, ужины, иногда телевизор вместе. Я думала, это и есть нормальная жизнь после двадцати лет вместе. Но что-то в той странице зацепило. Я зашла. Просто посмотреть. Раз, другой. А потом поняла, что не могу остановиться — захожу каждый день, жду новых фото, придумываю истории...

Я поставил на ленту кассы в «Пятерочке» две пачки пельменей и банку сметаны. Кассир, не поднимая глаз, провела сканером по штрихкодам. Аппарат коротко пискнул. Я достал карту, приложил к терминалу и посмотрел на экран телефона. Ни одного пропущенного звонка. Двенадцать лет я был женат на Маше, и последние полгода она перестала звонить по вечерам с вопросом, что купить к ужину. Я забрал чек. Месяц назад, в апреле, мы стояли в кабинете нотариуса. Маша тогда сама подписала согласие на отчуждение моей доли в ООО...

— Сколько живут той-пудели и от чего это зависит? — Игорь вслух читал свой запрос в телефоне, сидя за кухонным столом. Я нарезала докторскую колбасу для оливье. Нож звонко стукнул о стеклянную разделочную доску. Чарли, услышав знакомый звук с кухни, заворочался на своей подстилке в коридоре и тихо заскулил. Ему было тяжело вставать — задние лапы в последнее время слушались плохо. — Пишут, что до пятнадцати лет, — муж поднял глаза от светящегося экрана. — Ань, Чарли уже четырнадцать. Мы за этот месяц отдали в ветеринарке почти половину моей зарплаты...