Рассказы Сергея Быкова

– Я не поеду туда больше, – сказала Яна и положила планшет экраном вниз. – Там все умеют, а я только делаю вид, что умею. Оксана стояла у раковины, не снимая куртки. Она только что пришла после ночной смены в супермаркете: пахла холодным складом, картонной пылью и мятной жвачкой, которой пыталась перебить кофе. На столе лежала Янина распечатка – три серых дома, нарисованных для задания по архитектурной визуализации. В одном окне горел жёлтый свет, в другом стояла нарисованная фигура, слишком маленькая для собственного дома...

– Не надо делать вид, что вы не понимаете, – сказала Кира. – На этой картине я. И я не разрешала меня выставлять. Она стояла посреди маленького зала библиотеки, где пахло свежей краской, мокрыми пальто и кофе из автомата в коридоре. В руках у неё был не телефон и не папка с бумагами, а сложенный вчетверо серый шарф. Кира мяла его так, будто пришла не спорить, а удерживать себя на месте. За её спиной, на дальней стене, висел портрет. Девочка лет тринадцати сидела на подоконнике, подтянув колени к подбородку...

– Ты правда выставишь мне счёт за поминки? – спросила Света так тихо, что это услышала вся пустая веранда. Надя держала в руках папку с меню. В кафе ещё не было посетителей, только повар чистил картошку на кухне и официантка протирала столы. Света пришла без звонка, в чёрном пальто, хотя на улице стояла жара. – Я не выставляю тебе счёт, – сказала Надя. – Я говорю, что не смогу сделать обед бесплатно. – Для двадцати человек. После похорон Серёжи. Он же тебе помогал. Серёжа действительно помогал. Пять...

– Отдайте мне конверт, Зоя Петровна, – сказал сосед. – Это не ваше письмо. Зоя стояла у почтовых ящиков и держала белый конверт двумя пальцами. На нём было выведено: «Алексею Николаевичу Громову. Лично». Почтальон по ошибке бросил его в её ящик: квартиры были рядом, фамилии когда-то написали выцветшей ручкой. Зоя увидела обратный адрес и узнала город, в который восемь лет назад уехала дочь Алексея — Вика. – Я хотела занести вечером, – ответила она. – Вечером? Конверт лежит у вас третий день. Зоя не знала, откуда он это понял...