Историческое Путешествие

В павильоне «Мосфильма» шёл подготовительный период картины «12 стульев», и Леонид Гайдай, прищурившись, разглядывал румяную молодую женщину, которая приехала на площадку вовсе не сниматься, а просто за компанию с мужем-звукорежиссёром. О ролях она и не помышляла, стояла себе в сторонке, улыбчивая и спокойная, а режиссёр уже видел в ней свою мадам Грицацуеву, знойную вдову, на которой так неосторожно женится великий комбинатор Остап Бендер. «А вы, голубушка, часом не актриса?» — спросил Гайдай, подходя ближе...

Сначала она снимала кольца. Одно за другим — кольца, браслеты, серьги — и аккуратно складывала на край стола. Потом принималась что-нибудь мыть, тереть, переставлять, без устали, до самого рассвета, с горящими глазами и торопливой речью, за которой не поспеть. Те, кто знал её близко, при виде этого холодели: значит, опять накатывает. Цейлон, февраль пятьдесят третьего, съёмки картины «Тропа слона». А через несколько дней, в самолёте, что увозил её домой в Англию, эта хрупкая женщина с лицом ангела рванётся к иллюминатору в полном ужасе...

На одесском пляже, среди разморённых солнцем курортников, звонко пел босоногий мальчишка. Голос у него был такой чистый и трогательный, что отдыхающие забывали обо всём на свете и слушали, приоткрыв рты. А пока они слушали, ловкие дружки мальчишки тихо обчищали оставленные без присмотра сумки и карманы. Звали певца Валера Ободзинский, и было это в нищей послевоенной Одессе. Кто бы мог тогда подумать, что этот уличный сорванец станет кумиром, чьим бархатным голосом будет бредить вся огромная страна, а пластинки его разойдутся миллионными тиражами...

На репетиции студенческого спектакля в Школе-студии МХАТ долговязый первокурсник не сводил глаз с девушки, что была на год старше. Звали её красиво и редко, Изольда. А его звали Володя Высоцкий, и был он тогда никому не известным восемнадцатилетним мальчишкой, в котором ещё никто не угадывал будущего великого поэта. Кто бы мог тогда подумать, что этот нескладный, голосистый паренёк станет голосом целой эпохи, что его песни будут переписывать на плёнку по всей огромной стране, а имя его будут произносить с придыханием миллионы людей...