YUFRAU

- Ты? – Рявкнул самоед. – Опять ты, выскочка?! - Генерал Сильвер, сохраняйте субординацию, - тоном строгой учительницы отчеканила Темза. Похоже, вся эта суматоха была вызвана некой бесшумной сигнализацией на двери квартиры Сохо. И суть этой сигнализации была не в оглушительном вое, отпугивающем злоумышленника и привлекающем внимание всех, кто находится поблизости. Нет, эта сигнализация напрямую направляет сообщение о взломе, сохраняя иллюзию того, что дверь запечатана и заброшена. Теперь понятно, что за провода окружали ее. Темза и Сильвер, в отличии от рядовых полицейских и, тем более, облаченных в толстую броню на все тело Имперских Гвардейцев, особенно отличались внешним усталым видом...

Подземный поезд, покачиваясь, несся по рельсам, подобно гигантской сколопендре. На бегу механическая тварь издавала оглушающий грохот и низкое рычание, пыхтя плотными черными клубами дыма из отсека с угольным топливом. Фонари вдоль туннеля мерцали, заставляя тени внутри движущего монстра танцевать. Поезд замедлил ход и остановился на станции Ругару, на которой Барк неловко вышел, прикрывая воротом рубашки отсутствующий ошейник, и огляделся. И где же искать вход? Да, было бы глупо ожидать яркой вывески в такое «заведение», но должен же быть какой-то опознавательный знак? Барк неловко решил походить по станции, поглядывая на возможные места, куда можно пройти...

Ответ от Йенса пришел через день. Весьма оперативно для такого делового пса. Правда, для Барка эти почти полутора суток тянулись так, будто прошли месяцы, которые растягивались как безвкусная жвачка. Колли казалось, что с каждой минутой он все дальше и дальше от возможности найти Сохо. Потому он посетил местную библиотеку, где были заархивированы газеты каждого месяца каждого года. Барка не отпускала надежда на то, что в них он найдет статьи о шнауцере и, составив их по порядку, он может найти какую-нибудь закономерность в его действиях. Но все было тщетным. Пес то ли не понимал чего-то, то ли террорист и вправду действовал хаотично...

На обратном пути поднялся прохладный ветер, неприятно трепещущий шерстку Барка, который по пути домой занял себя подсчетом оставшихся карманных денег. Почти две сотни бонсов, в виде потертых купюр с профилем Родерика в венке из лавров и шестерней. Колли поднял глаза, призадумавшись. Утренний разговор с Мичи, ее слова, задевшие ученого, гложили его удушающим чувством вины, будто кто-то надавил ему на грудь. Душили и стремительно пропадающие деньги, вынуждающие вести постоянный подсчет и привычку откладывать часть на «черный день». Правда, откладываемые ежемесячно пара сотен бонсов, рано или поздно исчезали под действием манипуляций Мичи...

Барк приоткрыл глаза, услышав приевшийся звон будильника. Он буквально ощущал тяжесть собственных век, которые тут же насильно закрывались. Он с трудом поднял свое длинношерстное костлявое тело. Не привык Барк проводить ночи в шумных борделях с алкоголем, пусть и не слишком крепким. Он поправил боксеры и потянулся к своим очкам, вновь вернувшим ему хорошее зрение. Встав на несколько ватные лапы, он, коря себя за короткий сон, проследовал на кухню. Барк потянулся к лимонного цвета ящичкам с резными узорами цветов и листьев и достал оттуда деревянную коробочку с тусклой этикеткой. Открыв ее, бордер вытащил из нее таблетку из спрессованного кофе, пахнущего неприятной горечью...