vstol

В стране большой, в граде-огромаде жила была Даша. Работала руконепокладно, омагазинивалась по вечерам да с друзьями мэссенджерилась. По выходным – хипстофейни, сериалпои, паркуляния. В общем, каквсежилась на полную катушку. Но была Даша душой шалобурной, и ситуации разные к ней как к магниту притягивались. И вот однажды случилось очередное странстоятельство. Пришла она на работу, а там сетевой компьютер накрылся меднотазно. Оттого файлы все дорогонужные канулетнулись, машины суперические в жестянки бесполезные обратились и наступил софтокалипсис...

— Походу, батареи садятся, — Бойд перекрикивал встречный ветер, поравнявшись с мотоциклом Синкера, и приложил палец к скуле. — Сочувствую, приятель, — крикнул тот в ответ, слегка повернув голову, но не отводя взгляда от дороги. Они ехали по горному серпантину на приличных скоростях, и хотя был ясный летний день, отвлекаться было опасно. — До бара протянешь? – добавил Синкер. Он всё-таки глянул на Бойда и понял: дела плохи. Его очки цвета фламинго мигали, то поблекнув, то возвращая себе насыщенность...

В котелке уже закипело? Пора отправлять туда куриные головы, бычий хвост и пару кроличьих лапок – на особую удачу. Я даже не ожидал их на рынке найти, но мне сегодня несказанно везёт. О, у нас столько склянок! Добавлю из каждой понемногу: ажгон, аир, амомус, махлаба горсть разотру пестиком, натру калгана. Но это, конечно, как пена с бульона сойдёт. О, и свежий любисток – стебель, корень и верхние листики, собранные до росы. Нужно много, чтобы самый сок вошёл. После повторного кипения – анелли, маниоку, ровно семь – по количеству «наших» лет – зубчиков чеснока...

Богом чего, спросишь ты? Богом... неудачностей. Мне всё под силу обернуть провалом, даже из самых классный ингридиентов для пирога могу сделать нечто отвратное на вкус и на вид. О, я — новый Чернобог, его женское воплощение! Приношу несчастье любому, начиная с себя. Окружающим же достается, как только они оказываются в моём магнитном поле. Ну вот, чуть хвост не отдавила… *** Мя-яу! О, а и не больно, вообще-то. Только напугала, дурёха. И чего она так тревожится? Даже я, бог Ладаад, не особо переживаю по поводу своей сущности...

Долго наблюдал бог Перун за приключениями Ивана. Видел, как любимую сестру его костлявая Мара присвоила, в объятьях своих уморила и стала в царство подземное тащить. С гордостью, как за дитя своё, Перун глядел, как Иван не отчаялся от судьбы изгиба страшного, а отправился за тридевять земель за цветком чудодейственным, что Мару отпугнёт и вернёт ему сестрицу в здравии. Хвалил Перун Макошь: пряжа судьбы для Ивана у неё получается крепкая, красивая да ладная. Нити яркие, гладкие, одно загляденье...