Psychologistborodin

Они возникают быстрее слов и живут дольше фактов. Мы ещё не успели понять, что произошло, а тело уже всё решило: сердце ускорилось, дыхание сбилось, плечи напряглись. И только потом появляется мысль — объяснение. Наука давно перестала считать эмоции помехой разуму. Напротив — эмоции это способ ориентации в мире. Быстрый, телесный, иногда неточный, но жизненно необходимый. Они рождаются не в одной точке мозга, а собираются, как мозаика: ощущения тела, прошлый опыт, контекст ситуации, ожидания...

«Если бы не ты, я мог бы больше». «Если бы не обстоятельства». «Если бы не возраст». Эти фразы звучат почти спокойно. Но за ними часто скрывается отказ от собственной жизни. Берн говорил: игра всегда приносит выигрыш. Даже такая. Выигрыш здесь — освобождение от ответственности. Можно не рисковать. Не ошибаться. Не сталкиваться с собственными ограничениями. Очень удобно жить в тени «если бы»...

Вы предлагаете выход. В ответ слышите: «Да, но…» Да, но это не сработает. Да, но я уже пробовал. Да, но вы не понимаете. Берн считал это одной из самых распространённых психологических игр. Формально — человек ищет помощь. По сути — подтверждает свою беспомощность. В этой игре не нужен результат. Нужен процесс. И ощущение: со мной всё особенно сложно. Парадокс в том, что такие люди часто умны, чувствительны и хорошо понимают других...

Он знает его наизусть. Там есть роли. Реплики. Финал. Эрик Берн называл это играми — повторяющимися психологическими действиями с предсказуемым исходом. Мы входим в них почти автоматически. Не потому что глупы. А потому что так безопаснее. Игра — это способ быть рядом, не рискуя быть настоящим. Можно пожаловаться, но не меняться. Можно обвинить, но не брать ответственность...

Проходят в голову и начинают хозяйничать. «А если…», «Вдруг…», «Что потом…» — и вот уже вечер отменён, сон перенесён, а вы мысленно прожили несколько неприятных сценариев, ни одного из которых ещё не было. Механизм тревоги прост и потому коварен. Мозг путает мысль с фактом. Картинка в голове воспринимается как реальность, тело включает режим опасности, и запускается замкнутый круг: чем больше вы думаете, тем убедительнее кажется угроза. Остановить это можно не силой, а вниманием...

» Мы часто путаем две вещи: комфорт и норму. Нам удобно, когда люди похожи на нас. Говорят в том же темпе. Думают так же. Реагируют предсказуемо. И когда этого не происходит, мы называем это «неправильно». Эриксон напоминает простую, но неприятную мысль: люди не обязаны быть понятными, логичными и удобными — по нашим меркам. Один человек принимает решения быстро. Другой — долго сомневается...

» Есть люди, которые бесят сразу. Ещё ничего не сделали — уже раздражают. Манерой говорить. Темпом. Интонацией. Самим фактом своего существования. Эриксон называет это эффектом зеркала. Нас задевает не поведение само по себе, а контраст. Слишком быстрые — пугают медленных. Слишком спокойные — выводят из себя тревожных. Слишком эмоциональные — утомляют рациональных. Мы редко злимся на «плохое»...

» Есть странное чувство: вы вроде бы ясно объясняете, а вас не понимают. Ещё раз объясняете — снова мимо. И в какой-то момент в голове появляется опасная мысль: «Ну почему они такие…?» Психолог Томас Эриксон пишет в своей книге: дело редко в интеллекте. Чаще — в разнице восприятия. Люди смотрят на мир через разные фильтры: один — через результат, другой — через отношения, третий — через правила, четвёртый — через эмоции...

Это когда мозг такой: — «Я всё понял, дальше можно не проверять» 🤡 Вы решили, что «все мужики — одинаковые»? Отлично. Теперь мозг заботливо будет подсовывать вам только примеры, где они реально одинаковые. Нормального человека вы не заметите. Он же не подтверждает теорию, зачем он тут вообще. Подтверждающее искажение — это внутренний редактор, который вырезает всё, что портит красивый сюжет. Факты «против»? Удалить. Факты «за»? Выделить жирным, подчеркнуть и рассказать подруге...

Слово такое, будто это новый сорт йогурта или имя греческого диджея. А по факту — момент, когда вас прорывает. Не «я подумала и поняла», а «я разревелась в машине», «написала бывшему и сразу удалила», «после фильма сидела и смотрела в стену, как Wi-Fi без интернета». Катарсис — это когда психика такая: — Так, терпели, держались, были сильными… СТОП. ВЫГРУЖАЕМ ВСЁ. И выгружается. Через слёзы, злость, смех не в тему, ощущение пустоты или внезапное «господи, как же я устал»...

Фраза «убери телефон и иди учись» запускает режим: «ЩА КАК ЗАЛИПНУ НАЗЛО». Соцсети — не потому что глупо, а потому что там дофамин. Быстро, ярко, без усилий. Учёба — долго, сложно и без мемов. Пока это не признать, убеждать бесполезно. Что реально работает? 1. Не воюем, а договариваемся. Запрет = бунт. Договор = контроль. Соцсети — не зло, а награда после усилий. 2. Учёба должна конкурировать. Если обучение выглядит как тетрадь из 1998 года — оно проиграло. Формат решает: видео, челленджи, короткие цели...

В логике есть скучный на вид, но очень полезный закон — закон достаточного обоснования. Он говорит простую вещь: любое утверждение должно опираться на что-то реальное. Не на «мне кажется». Не на «все так делают». А на конкретные причины. В обычном общении этот закон часто игнорируют — и именно там начинаются конфликты: — Ты меня не уважаешь. — Почему? — Ну… я так чувствую. Чувства важны, но если за ними нет обоснования, собеседник слышит обвинение, а не сообщение. Закон достаточного обоснования предлагает другой ход: не оценку, а основание...