Семейные драмы и победы

Началось с того, что я забыла купить хлеб. Он вернулся с работы, открыл холодильник, постоял и закрыл. Потом сказал: ну конечно. И ушёл в комнату. Я спросила, что значит «ну конечно». Он не ответил. Я спросила ещё раз. Он надел куртку и вышел. Не хлопнул дверью, не сказал ни слова. Просто вышел. Вернулся через два дня. Как ни в чём не бывало. Спросил, что на ужин. Я знала эти два дня наизусть. Первый вечер я злилась. Ночь не спала, прокручивала разговор. На второй день злость сменялась тревогой: а вдруг он не вернётся...

Сестра позвонила в субботу утром. Голос был тот самый, виноватый и ласковый одновременно. Она сказала: мне очень нужны деньги, всего на месяц, я всё верну. Я стояла на кухне, смотрела на мужа, который читал газету, и чувствовала, как язык сам говорит: хорошо, сколько. Двести тысяч. На ремонт. Через месяц она вернула пятьдесят. Через три перестала отвечать на звонки. Так было всегда. В детстве сестра была младшей, и её жалели. Она разбивала вазу, а наказывали нас обеих. Она прогуливала школу, а мама просила меня с ней поговорить...

Я набираю её номер каждое воскресенье в одиннадцать. Так было заведено с тех пор, как она уехала учиться. Раньше она брала трубку на втором гудке. Теперь отвечает через раз. Голос ровный, вежливый. Как у продавца. Пять минут про погоду, про работу, потом: мам, мне надо бежать. Я кладу трубку и сижу с телефоном в руках. И не понимаю, что случилось. Мы же не ссорились. Я же всё для неё. Я звонила каждый день. Спрашивала, поела ли. Проверяла, тепло ли оделась. Давала советы по работе, по деньгам, по мужу...