Современный театр
«Гениальность — не что иное, как бесконечная работоспособность», — писал Сомерсет Моэм
И мы не можем не согласиться с этой цитатой! Ведь талант всегда подкрепляется мастерством, учиться которому нужно у лучших. И прямо сейчас у вас есть такая возможность. Мы ведём набор на уже пятый (!) поток курса «Застольный период методом действенного анализа». Студенты прошлых сезонов подтвердят: каждое занятие Ивана Стависского — сродни маленькому спектаклю...
Сергей Николаевич — о Юрии Бутусове
: «Он никогда не плыл по течению. Он никогда бы не стал делать то, что делали все. Он всегда шёл, плыл, жил против правил. Поэтому и выбрал профессию режиссёра. Он всё видел иначе. Чувствовал иначе. Он не всё мог сформулировать в словах, но всё мог предсказать в своих спектаклях. Собственно, он это и сделал в своём великом "Р" ("Ревизоре"), и в "Барабанах в ночи", и в "Чайке", и в "Беге", в "Пер Гюнте"… <...> У меня было с ним одно большое интервью на фестивале Bytusov Fest, который организовал продюсерский центр SNAMI в Таллинне...
Второй «Ревизор» Станиславского — спектакль, который нельзя обойти стороной, рассказывая о «Настоящей истории русского театра: от скоморохов
до Могучего». Постановка с участием Михаила Чехова — роль Хлестакова стала одной из важнейших его работ. Впервые Константин Сергеевич обратился к пьесе Гоголя в юбилейном для театра 1908 году, возвращение к материалу в 1921-м стало уже новым прочтением. Декорации в этот раз придумывал Константин Юон. За время, прошедшее с первой постановки, Станиславский сильно углубился в разработку методов стимуляции психологии актёра. Что объединяло спектакли, так это фокус внимания, полностью сконцентрированный на одной линии и на одном лице пьесы — Хлестакове...
Мария Беляева была для режиссёра Бориса Юхананова не только коллегой на подмостках «Электротеатра Станиславский», но и спутницей жизни
«Во всех проектах, которые я с ним делала, есть любовь. Ну, понятно, что Борис Юрьевич — мой муж, и я его люблю, но… Знаете, это как в "Чайке": есть Костя Треплев, и для него источник креации — это любовь, то есть Нина. Он может писать пьесы только из-за нее, благодаря ей. А у неё — иначе. Её творчество опирается на веру, потому что любовь к Тригорину для неё разрушительна, и она это понимает: "Я верую, и мне не так больно, и когда я думаю о своём призвании, то не боюсь жизни". Откуда вообще...
