Простые рецепты

Вера стояла у окна и смотрела, как во дворе играют дети. Её дети. Вернее, не совсем её. Официально - да, юридически - да. А по факту... По факту она была просто женщиной, которая живет с их отцом. Телефон завибрировал. Свекровь. Вера поморщилась, но взяла трубку. «Алло». «Вера, это я. Ты дома?» «Дома». «Я через полчаса подъеду. Нужно поговорить». «Валентина Петровна, я немного занята, может быть...» «Вера, я сказала - нужно поговорить. Жду тебя внизу, у подъезда». Гудки. Свекровь положила трубку, даже не дождавшись ответа...

Елена Петровна всю жизнь проработала библиотекарем в районной библиотеке. Сорок два года среди книг, тишины и редких посетителей. Когда объявили о сокращении штата, она даже не удивилась. Библиотеки никому не нужны - все в интернете сидят. В последний рабочий день коллеги подарили ей букет гербер и коробку конфет. Она поблагодарила, сложила личные вещи в потертую сумку и ушла. Дома ее никто не ждал. Муж Борис умер десять лет назад - инфаркт, на работе, даже скорую не успели вызвать. Сын Андрей жил в Петербурге — жена, двое детей...

Марина научилась быть невидимой. Десять лет брака - десять лет растворения в чужих ожиданиях. Она стала тенью в собственном доме, призраком, который готовит, убирает и молчит. Игорь был надежным, стабильным, предсказуемым. Его семья жила в старом доме на окраине. Свекровь, Тамара Ивановна, была властной и не скрывала разочарования выбором сына. «Могла бы и получше найти. Алла Борисова в тебя влюблена была. А эта... худая, костлявая. И молчит все время». Марина молчала. Молчание казалось ей защитой...

«Лен, я сегодня задержусь. Совещание затянулось». Елена смотрела на экран телефона, сидя в машине напротив офиса мужа. Сообщение пришло десять минут назад. А Сергей вышел из здания двадцать минут назад - она видела его своими глазами. Садился в свою серую «Тойоту», заводил, уезжал в противоположную сторону от дома. Она положила телефон на сиденье. Руки слегка дрожали - не от холода, хотя мартовский вечер был промозглым. От того, что происходило что-то неправильное. Что-то, чего она боялась признать вслух даже самой себе...

«Я тебе говорю в последний раз - забудь про этого неудачника! Слышишь меня, Вероника?» «Мама, перестань! Артем не неудачник. Он талантливый художник, у него скоро выставка...» «Художник! - передразнила мать. - Ты хоть понимаешь, что художники - это вечно голодные бездельники, которые не могут заработать на жизнь? Твой отец не для того строил бизнес, чтобы ты связалась с каким-то маляром!» «Он не маляр! И я его люблю!» «Любовь! Вот еще одно глупое слово, которым прикрываются все неудачники. Нет, доченька, ты выйдешь замуж за Игоря Семеновича...

Нюра узнала все в одно утро, когда пришла открывать библиотеку. Дверь была не заперта. Она толкнула ее удивленно - всегда же запирала на два оборота, всегда проверяла. А тут - открыта настежь. Вошла, включила свет. И замерла. Посреди читального зала на полу валялись книги. Десятки книг, сброшенных с полок. Стеллаж у дальней стены опрокинут. Стекло в шкафу с редкими изданиями разбито. «Господи...» - прошептала Нюра. Она бросилась проверять. Шкаф с редкими книгами - пуст. Там хранились дореволюционные издания, подарок районной библиотеки...

Марина проснулась от того, что муж тихо собирался на работу. Часы показывали шесть утра. Он старался не шуметь, но каждый его шаг отдавался в тишине квартиры. «Ты уже уходишь?» - спросила она, не открывая глаз. «Да, совещание в семь. Спи дальше». Дверь закрылась. Марина лежала, уставившись в потолок. Год назад она бы встала, приготовила ему кофе, собрала бы завтрак с собой. Сейчас просто лежала и ждала, когда можно будет встать и начать этот день, похожий на все остальные. Дети проснулись в половине восьмого...

«Сними это немедленно!» - Светлана взялась рукой за тонкую золотую цепочку с подвеской в виде сердечка на шее дочери. Пятнадцатилетняя Катя резко отшатнулась, цепочка осталась в руках матери. «Мам, ты что делаешь?!» «Откуда это?» - Светлана тряслась, разглядывая украшение на свету. Дорогое. Настоящее золото. Но она уже догадалась, откуда. «Подарили...» «Кто? Кто подарил?» Катя молчала, опустив глаза. «Отвечай, когда спрашивают!» «Папа», - едва слышно выдохнула девочка. Светлана замерла. Потом резко швырнула цепочку на пол...

Таня стояла перед зеркалом и пыталась узнать себя. Сорок восемь лет. Серые пряди в волосах. Морщины у глаз. Когда это случилось? Когда она из девчонки с косичками превратилась в уставшую женщину средних лет? За спиной раздался голос мужа: – Ты долго еще? Опаздываем же. – Иду уже. Юбилей свадьбы у родителей Виктора. Пятьдесят лет вместе – золотая свадьба. Нужно идти, поздравлять, улыбаться. Делать вид, что все прекрасно. А у самой Тани с Виктором двадцать два года брака за плечами. И последние лет пять – сплошная имитация...

- Ты серьезно? - Марина уставилась на сестру. - Продать дом? - А что делать-то? - Ольга вздохнула. - Ремонт там такой нужен, что проще новый построить. Да и кому он нужен, этот дом? У тебя в городе квартира, у меня тоже. Стоит пустой, разваливается. Марина молчала. Дом... их дом. Где они с Ольгой росли, где мама пироги пекла, где отец в саду копался. Продать? Будто часть жизни перечеркнуть. - Мне нужны деньги, Мариш. - тихо сказала Ольга. - Очень нужны. - Что случилось? Ольга отвела взгляд: - Бизнес прогорел...

Когда Антон предложил позвать его маму после родов на помощь, я только обрадовалась. Моя-то далеко, а помощь ой как нужна. Первый ребёнок, всё в новинку, вопросов миллион – я ещё во время беременности места себе не находила. Свекровь, Лариса Петровна, всегда казалась такой спокойной, рассудительной. Виделись мы нечасто, она жила в другом городе, но общались нормально. «Конечно, приеду, помогу, родная», – сказала она Антону по телефону, когда он сообщил, что скоро рожать. Голос такой тёплый. Я, с пузом на диване, услышала и прямо выдохнула с облегчением...

Я никогда не думала, что в тридцать пять лет буду мыть чужие полы. Но жизнь любит преподносить сюрпризы, и не всегда приятные. «Марина, ты едешь на Патриаршие пруды, элитный дом, пентхаус на последнем этаже», - сообщила мне Света, диспетчер клининговой компании. «Клиентка требовательная, но платит хорошо. Генеральная уборка перед отъездом. Часов на шесть работы». «Шесть часов - это нормально», - подумала я, собирая инвентарь. Шесть часов работы означали приличную сумму, которая закроет половину долга за съемную квартиру...