Психология | Саморазвитие

— Привет родственничкам! Я в Москву решила перебраться, с хатой пока не вышло, так что поживу у вас три дня, вы же не против? — Алина, двадцатилетняя пухлая блондинка, легонько толкнула меня плечом и ввалилась в прихожую. За ее спиной монументально высились два огромных пластиковых чемодана, перекрывая выход на лестничную площадку. В воздухе отчетливо запахло дешевым парфюмом и дорожной пылью. Моя супруга, Марина, медленно вышла из кухни, на ходу вытирая руки полотенцем. Ее брови поползли вверх при виде этого стихийного бедствия...

— Всем моим знакомым родители покупают дома и квартиры, а я вам, наверное, просто безразличен! — Глеб с грохотом опустил кружку на кухонный стол, отчего остатки чая выплеснулись на чистую скатерть. Его лицо перекосилось от привычной, отрепетированной обиды. Нижняя губа выпятилась вперед — этот жест выглядел умильно, когда Глебу было восемь лет, но сейчас, в его двадцать три года, вызывал лишь глухое раздражение. — Глеб, сынок, но мы ведь сто раз это обсуждали, — тихо произнесла Марина Викторовна, стараясь сдерживать дрожь в голосе...

— Выметайся из моей квартиры, сейчас же! — голос Галины Ивановны сорвался на визг, прорезая утреннюю тишину спальни. Жанна вздрогнула, выронив из рук тюбик с сывороткой. Сердце испуганной птицей забилось о рёбра. Она едва успела накинуть халат, как дверь распахнулась от мощного удара. Свекровь стояла на пороге, тяжело дыша, её лицо пошло неровными красными пятнами, а в глазах горела такая ярость, будто перед ней была не вчерашняя любимая «доченька», а злейший враг. — Галина Ивановна, что случилось? — пролепетала Жанна, инстинктивно прикрывая ворот халата...

— Кристин, ты перегрелась на репетиции? Боюсь, завтра я буду плакать от счастья, а не от твоих глупых шуток. У Игоря мальчишник, он за рулем, всё под контролем. Маргарита стояла перед огромным зеркалом в пол, затаив дыхание. Её сердце бешено колотилось, а пальцы едва заметно дрожали, разглаживая тяжелый шёлк белоснежного подола. Платье, расшитое тончайшим французским кружевом, сидело идеально. Оно стоило как подержанная иномарка и было сшито по индивидуальным меркам. Завтра она должна была выйти замуж за мужчину, которого искренне считала своим персональным идеалом...

— Ты вообще в своем уме? — голос Германа в трубке полоснул по ушам, как ржавый нож. — Я же ясно дал понять: в среду после восьми вечера меня не беспокоить! Кира непроизвольно сжала смартфон, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой узел. — Герман, у меня дверь в квартиру заклинило, я на лестнице стою в одних туфлях, — прошептала она, стараясь подавить подступающие слезы. — Для этого есть МЧС и слесари, Кира. А у меня сейчас — стратегическая сессия с партнерами из Шанхая. Ты ведешь себя как инфантильная девчонка, которой нужно ежеминутное подтверждение любви...