Психология | Саморазвитие

— Ты ведь понимаешь, что Артёму лучше выбрать что-нибудь попроще? — Елена поставила чашку на блюдце. — Не всем же дано тянуть физмат. Наталья медленно повернулась к подруге. За стеной шуршали листы: двенадцатилетний Артём рисовал очередного фантастического зверя и, судя по внезапной тишине, услышал каждое слово. — А с чего ты решила, что он вообще собирается в физмат? — Наталья старалась говорить спокойно. — И почему ты опять говоришь о моём сыне так, будто у него заранее есть какой-то потолок? Елена пожала плечами и потянулась за печеньем...

— Ты опять съел мой обед? Марина держала в руке пустой пластиковый контейнер, а Денис спокойно намазывал масло на последний кусок хлеба. На часах было шесть двадцать утра, через пятнадцать минут за Мариной должен был приехать рабочий автобус. — Там есть ещё что-нибудь, — Денис даже не повернул головы. — Что именно? Марина распахнула холодильник. На верхней полке стояла открытая банка горчицы, в дверце лежала половинка лимона, а в ящике для овощей сиротливо перекатывалась луковица. — Не знаю. Посмотри...

— Ты серьёзно сейчас оставил ей пять тысяч? Денис не сразу понял, что вопрос адресован ему. Он продолжал довольно улыбаться коллегам, пока официантка торопливо убирала со стола пять тысячных купюр. — А что такого? Девушка прекрасно нас обслуживала. Я посмотрела на пустое блюдце, где минуту назад лежал счёт на восемь тысяч. Пять тысяч сверху уже исчезли, а Денис явно наслаждался произведённым эффектом. — Хорошо обслуживала — согласна. Но ты оставил ей больше половины счёта. Коллега Дениса Павел присвистнул и одобрительно хлопнул его по плечу...

— Ты сейчас серьёзно? — спросила я. Сергей даже не повернулся в мою сторону, продолжая смотреть на двадцатилетнего Антона. — Абсолютно, — ответил муж. — Взрослый человек работает, получает деньги и участвует в расходах на жильё. Антон несколько секунд молчал, потом взял листок и пробежал глазами по строчкам. Там Сергей аккуратно расписал коммунальные платежи, продукты и какую-то совершенно дикую для меня строку «пользование квартирой». — А вот это что? — Антон ткнул пальцем в бумагу. — Коммуналку...

— Телефон кладёшь на стол, завтра мы его продаём. И даже не пытайся рассказывать мне, что ты «не понимал», кому принадлежали эти вещи. Мой шестнадцатилетний внук Егор стоял посреди комнаты и смотрел на меня так, будто это я только что сделала что-то недопустимое. Рядом побелевшими пальцами держалась за сумку моя дочь Марина, а муж Николай молча сидел у пустого стеклянного шкафа. — Мама, прекрати давить на него. Он уже признался и извинился, чего ты ещё хочешь? — Я хочу, чтобы он вернул то, что украл...