Ночной Рассказчик

Лариса знала, что деньги сестре достаются трудом. Всё равно брала в долг — и не отдавала. Когда получила отказ, не успокоилась. Поздно вечером она отправилась на кладбище. А на следующий день позвонила и попросилась в гости — извиниться. Валерия Дмитриевна сама себя сделала. Сеть ресторанов, репутация, достаток — всё это она выстроила с нуля, без чьей-либо помощи. Сына Василия поднимала одна с двадцати лет: родители помогали как могли, но денег всё равно не хватало. Тогда она пообещала себе одно — сделает всё возможное, чтобы дать ребёнку нормальное будущее...

Последние деньги, буханка хлеба, пакет молока. Я сидела на кухне и плакала — не знала, как дотянуть до зарплаты. Уснула сама не заметила как. А утром проснулась с ощущением, что что-то изменилось. Вечером я открыла дверь домой — и замерла. Когда мы поженились, сразу сняли своё жильё. Восемь лет прожили там — тихо, своим укладом. А потом нам дали двухкомнатную квартиру. И муж словно переключился. Сначала выпивал только по выходным. Потом — и в будни. Потом — каждый день. Детей было двое. Никакие разговоры не помогали...

Я всегда посмеивался над её вещими снами. В то утро она выбежала на порог, увидела сапоги кума — и что-то в ней переключилось. Ведро воды, крик, скандал. Друзья ушли без меня. А через два дня я узнал, что произошло на том льду. Моя жена всегда говорила, что ей снятся вещие сны. Я долго посмеивался — пока однажды не убедился в этом сам. Десять лет назад я заметил, что жена ходит сама не своя: вздыхает, нервничает, не находит места. Я спросил, что случилось. — Сон приснился, — сказала она. — Страшный...

Я не была в деревне два года. Когда вернулась, подруга остановилась и спросила: ты правда не узнаёшь её? Это же Люда — наша ровесница. Женщина в тёмном платке выглядела на шестьдесят с лишним. А потом Настя рассказала, что с ней случилось. Больше двух лет я не была в родной деревне. Когда наконец выбралась, на автостанции меня встретила подруга — и сразу начала сыпать новостями, одна другой интереснее. Мы уже подходили к нашей улице, когда навстречу вышла женщина в тёмном платке. Тихо поздоровалась и быстро свернула в переулок...

Ночь, тихая погода, ни ветерка. Сосед вышел покурить и увидел, как покрывало поднялось в воздух и поплыло в темноту. Через два дня он узнал, где оно оказалось — и с тех пор не может спать спокойно. Я только подошла к остановке — и тут же грянул гром, небо разорвала молния. Люди под козырьком зашептались, кто-то вспомнил про нечистую силу. Среди нас стоял один мужчина. Он посмотрел на небо и сказал спокойно: — Гром и молния — это ерунда. Вот что мне однажды довелось увидеть своими глазами… Все придвинулись ближе...

Я сразу почувствовала — что-то не так. Треснутое стекло, тусклый фон, странный взгляд с портрета. Муж не слушал. А через год батюшка взял эту фотографию в руки и сказал то, что я боялась услышать. Я не считаю себя глубоко верующим человеком, но в нашем доме всегда стояли две иконы — на самом видном месте. Поэтому то, что случилось дальше, я не забуду никогда. Однажды муж вернулся домой с какой-то фотографией в рамке. Я спросила, что это за женщина на портрете. — Это не портрет, — ответил он. — Это икона. Бабушка Рая из соседнего подъезда подарила. Мне сразу стало не по себе. Во-первых, странный подарок...

В детстве по выходным я часто ездила в соседнюю деревню к бабушке и дедушке. Эти поездки были для меня настоящим маленьким праздником. Днём мы занимались обычными деревенскими делами, а вечером обязательно садились перед телевизором. Это было наше любимое занятие. Однажды мы смотрели передачу о ведьмах и колдунах. Там рассказывали разные мистические истории. Когда программа закончилась, я, смеясь, сказала: — Всё это выдумки. Ну какие ведьмы? В наше время такого просто не бывает. Бабушка с дедушкой переглянулись...

После тяжёлого рабочего дня я зашёл в небольшое кафе возле офиса — просто выпить чашку горячего кофе и немного перевести дух. И вдруг за соседним столиком заметил своего школьного одноклассника. Мы не виделись лет десять, если не больше. Конечно, сразу разговорились. Вспоминали школу, общих знакомых, рассказывали, как у кого сложилась жизнь. За разговором время пролетело незаметно. Когда я посмотрел на часы, на улице уже давно стемнело. Мы вышли из кафе вместе. Оказалось, что нам почти по пути, поэтому решили немного пройтись пешком по вечернему городу...

Когда моей дочке исполнилось три года, мне пришлось принять непростое решение — отдать её в детский сад и самой выйти на работу. Сначала я переживала, как она привыкнет к новому месту. Но мои тревоги оказались напрасными. Девочка быстро освоилась, нашла друзей и с радостью ходила в садик. В группе постоянно устраивали праздники: утренники, спектакли, разные игры. Дети наряжались в костюмы, пели, танцевали. Родители всегда с нетерпением ждали фотографий с этих мероприятий. Раньше в наш садик регулярно приглашали одну женщину-фотографа...

Я всегда считал, что мечты имеют свойство сбываться. Особенно если долго к ним идти. Когда я получил ключи от собственной квартиры, мне казалось, что жизнь наконец-то начала новую, светлую главу. Квартира понравилась сразу: просторная, светлая, с каким-то особым ощущением уюта. Я быстро познакомился с соседями, почти со всеми нашёл общий язык. Только одна пожилая женщина — Валентина Николаевна — смотрела на меня пристально и как будто настороженно. Но я не придал этому значения. Мало ли, кому мы нравимся, а кому нет...

В нашей семье много лет существовала одна традиция — раз в год мы всей роднёй выбирались за белыми грибами. Это был почти ритуал. Сборы начинались затемно, термосы с чаем, корзины, складные ножи — всё по порядку. До любимого леса нужно было ехать около часа по трассе, но нас это никогда не пугало. Лес тот мы знали, казалось, наизусть. Огромный сосновый массив, рассечённый широкими просеками. Каждая тропинка была знакома, каждая поляна — проверена годами. Машины мы обычно оставляли у обочины, а дальше расходились в разные стороны — у каждого было своё «грибное место»...

Эту историю я слышал от бабушки. Случилась она в той самой деревне, где прошло её детство, когда сама она была ещё совсем молодая. До сих пор, рассказывая о ней, бабушка понижала голос — словно боялась, что прошлое может услышать. По соседству тогда жила странная, но очень тихая пара — Марфа и Фёдор. Детей у них не было, родни тоже: оба выросли сиротами, и, встретившись однажды, словно приросли друг к другу навсегда. Прожили они бок о бок всю жизнь, оберегая друг друга и не зная разлуки. С годами Марфа совсем сдала...