Алиса Крик | Простые истины

– Златочка, будь добра, салфетки поровнее. У нас всё-таки гости, а не бригада. Я выровняла салфетки. Мирра Львовна вскинула подбородок и посмотрела на меня поверх очков, как, наверное, сорок лет смотрела на опоздавших восьмиклассников. Очки висели на цепочке, у ворота блестела янтарная брошь. Шестнадцатого мая Вене исполнилось пятьдесят шесть. Праздновали, конечно, у свекрови: «в моём доме, как положено». За сдвинутыми столами сидели девять гостей – двоюродный брат Вени с женой, соседи по площадке, две бывшие учительницы...

«Я у мамы, помогаю с ремонтом». Сообщение пришло в десять двенадцать, когда я переворачивала на сковородке сырники. Гена пишет одно и то же, слово в слово, будто копирует из заметок. Двадцатую субботу подряд. Я отправила ему сердечко и выключила газ. В десять сорок одну зазвонил телефон. На экране горело «Стефания Ильинична», и я сначала решила, что ошиблась глазами. Свекровь звонит мне два раза в год, на Новый год и на мой день рождения. Всё остальное она обсуждает с сыном. – Эльвира, здравствуй, – сказала она без предисловий...

Буква «Э» у меня всегда выходит с первого раза. Двадцать лет учу студентов чертёжному шрифту, рука сама держит наклон и высоту в семь миллиметров. – Это что, таблички как на заводе? – Таисия Павловна взяла карточку двумя пальцами, будто квитанцию за свет. – На юбилей-то. Люди подумают, в столовую пришли. Я положила перед собой следующую заготовку. Плотная бумага, сгиб посередине, двадцать две штуки. На каждой имя гостя. Своё я оставила напоследок. Свекровь приехала в воскресенье сама, без звонка, хотя до обеда у неё оставалось три часа...