Андрей Фёдорович+

В мутной воде у берега плавало обыкновенное деревянное корыто, которое Лешик назвал кораблем Бабы Яги. Кузька пожалел корыто, в котором не купают детей и не стирают белье. Тут корыто уткнулась в берег, прямо под ноги, чтобы друзья садились. Но корыто вдруг поплыло не вниз, а вверх по мутной речке, против ее течения. Причем сначала оно двигалось медленно, а потом быстрее. Но Лешик на это не обратил внимания, так как он зевал и дремал. Вдруг весело зазвенели бубенчики, что устоять было просто невозможно...

Посреди поляны стояла избушка на курьих ножках без окон и трубы. У Кузьки в деревни были похожие избы только без курьих ножек. Там топили печь, выпуская дым через дверь. У хозяев таких домов и у домовых глаза всегда были красные. Крыша у избы Баба Яги была надвинута чуть не до порога. У собачьей конуры на привязи сидел тощий серый Кот. Кот, увидев Кузьку с Лешиком, удалился в конуру. Лешик позвал избушку, чтобы она стала к ним передом, а к лесу задом. Но избушка стояла как стояла. И тут прилетел Дятел, который был любимой птицей деда Диадоха...

Маленький домовенок сидел на пне у берлоги леших, и распевал грустную старинную песню про лес. Грустно ему было смотреть на растрепанный ветрами голый лес, но и уходить отсюда, и расставаться с друзьями ему тоже было грустно. Лешие ведь оказались совсем не злые, они хорошие хозяева. Но еще грустнее было Кузьки, что лешие спали, и даже песня не могла их разбудить. Терпение у Кузьки кончилось, и он влез в берлогу и стал будить Лешика. Он дергал его за хвост, кричал ему в ухо, но тот продолжал спать...

И вот маленький домовенок дождался лесного праздника, чтобы посмотреть, как в лесу пляшут, поют и угощают. Он выскочил из берлоги и стал всех созывать, но дед Диадох остановил его, так как осенний праздник начинается с тишины и любования красотой природы. Небо было синее, а День радовался солнцу. Солнце радовалось всякому зверю и птице. Деревья были по-особенному нарядны и хороши. Всяк хотел оставить о себе добрую память на долгую зиму. Тихо вышли на поляну к Красной сосне лесные звери, Кузька оглянулся и увидел, что рядом с ним стоит лось...

Кузька не стал ждать, а схватил сундучок и побежал к Могучему дубу. Бежал он и вдруг услышал, как собаки лают. А это означало, что деревня совсем рядом. И тут сил у Кузьки прибавилось, стал он продираться сквозь кусты. А на поляне он увидел деда Диадоха и Лешика, которые пели, пересаживая деревья. Их-то песня и была похожа на собачий лай. Дед показал Кузьке тонкие рябинки, которые вскоре подрастут. Утром Кузька опять схватил сундучок и опять побежал, куда ноги несут. Бежал он и услышал стук топора...

Кузька простудился и заболел. Дрожит он от холода, а сам горячий, да еще и кашляет. Дед Диадох умел такую болезнь лечить, но только домовых еще никогда не лечил. Леший принес из дальнего угла пещеры горькую кору, сухие корешки и кислую травку. Кузька такое съесть не смог бы, но с медом смог. Тут из леса прибежал Лешик, узнал, как Кузька, и сообщил, чтобы в лесу дождь и буря. И опять помчался обратно. Дед Диадох приходил задумчивый, рассказывал, как лес гудит, и реки бьются в берега. Затем он клал деревяшку на лоб Кузьки и совал ему в рот кусок коры...

Домовенок вслед за лешим выскочил на большую поляну, посреди которой был бугор с красной сосной. И тут большой корявый пень под сосной качнулся и приподнялся, а под ним открылась дыра, из которой полез еще один корявый пень. От такого ужаса Кузька стал убегать, но добрым голосом пень крикнул, чтобы Кузька не убегал. Пень шагнул к кустам и вытащил из них рыжую лису, и тут Кузька уже смог рассмотреть, что у пня не корни, а есть руки и ноги. А пень, держа в руках Лису, стал ей говорить, чтобы она молоденьких зайчат не ловила, чтобы их побольше в лесу развелось...

Домовенок только стал объяснять про свою деревню, как крупная капля дождя упала ему на нос. И тут черная туча накрыла лес. Кузька схватил сундучок и спрятался под высокую ель. Но тут ветки раздвинулись, и показалась мокрая зеленая мордочка, которая спросила, кто он такой и почему он спрятался. Кузька отвечал, что он домовой, но лесной житель не поверил ему, считая, что домовые бывают лишь только в сказках. Кузька не стал с ним спорить, ведь даже люди боятся домовых. Кузька тоже спросил, кто такой лесной житель...

Маленький домовенок с размаху налетел на большое дерево и упал. Искры посыпались из глаз. Кузька зажмурился, а дерево спросило, куда он так спешит. Тут еще закричали сороки и защебетали мелкие пташки, обзывая Кузьку вором. Тот даже обиделся. Кузька открыл глаза и увидел перед собой змею. Он ударил ее палкой. И сразу же кто-то запищал, что его ударили по хвосту. И стало его гнать из леса. Кузька голову поднял, а в листве были чьи-то глаза. А Кузька забыл откуда прибежал. Из листвы показалась зеленая лапка, которая указала на чащу, где кто-то урчал и повизгивал...

В маленькой деревне, которая находилась над небольшой речкой, в избе под печкой жили маленькие домовята, среди которых был и Кузька. Это было полтора века назад, и Кузьке тогда было всего лишь шесть веков. Однажды люди ушли в поле, а взрослые домовые ушли в гости. Получилось так, что домовята остались дома одни. Поэтому они вылезли из-под печки и стали хозяйничать в избе. Афонька и Адонька стали вычищать посуду до блеска, а Сюр стал вытирать обувь и примерять ее. Сосипатрик с Кувякой стали прогонять мышей и тараканов...

Наташа подняла голову и увидела высокого человека, который был товарищем ее папы. Когда-то в первом классе папа и этот высокий человек сидели вместе на последней парте, потом долго не виделись, а вот вчера встретились и теперь не могли расстаться, и даже вещи грузили вместе. В руках у папиного соседа был чудесный сундучок с блестящими уголками и замочком, который был украшен цветами. Товарищ папы сказал, что игрушка хорошая, а потом отдал Наташе, сказав, чтобы спрятала получше. Наташа боялась поверить...

Очень высокий молодой человек спросил у Наташи, где у них телевизор. На нем была блестящая куртка, рубашка в мелкий цветочек и значок с Чебурашкой. Наташа растерянно ответила, что телевизор еще не приехал. Юноша удивился, что Наташа одна и всем открывает дверь. Потом он сказал, что потом еще зайдет. Наташа быстро вернулась на кухню, но там никого не было. Она и звала, и искала, но Кузьки не было. Наташа обегала всю квартиру и обшарила все углы. Наташа развязывала узлы, отодвигала ящики, открывала чемоданы, звала разными ласковыми именами Кузьку, но того и след простыл...