Фантазии на тему

Застолье по случаю празднования дня рождения мужа подошло к концу. Гостей было немного, зато посуды испачкалось превеликое множество. Мужчины отправилась покурить на балкон, а свекровь принялась деловито собирать со стола тарелки и чашки и относить их на кухню. — Давай, помогай бабушке с посудкой! — ласково обратилась она к пятилетней Сонечке. Девочка с готовностью взяла две чашки и пошла вслед за бабушкой. Юле не нравилась такая хозяйственность. Ей хотелось просто спокойно посидеть за столом. Подготовка этого праздника утомила ее...

- Сколько можно ждать? – разнесся крик по квартире, - Кормить в этом доме будут или нет? Маша вздрогнула. Она всегда вздрагивала, когда Коля кричал. Это было забито где-то на уровне рефлексов, если кричат, нужно бояться. Только рефлекс этот был не врожденным, а вбитым с воспитанием бабушки. Алена Степановна была человеком старой закалки, поэтому внучке прививала раболепие перед мужем. Вбила в голову, что хороший муж приличную жену не обидит. Только хорошие мужчины ушли в лету вместе с эпохой бабушки...

Глеб Смирнов угрюмо уставился в монитор, где мигал курсор в пустом текстовом документе. Редакционное задание, полученное час назад, никак не желало обрастать буквами. «Написать о местной знаменитости, — крутилось в голове. — Да еще с „изюминкой"! И где прикажете искать эту „изюминку" в нашем захолустье?» Он раздраженно забарабанил пальцами по столу. Взгляд рассеянно скользнул по стопке газет, и вдруг Глеба осенило. «А что, если... — он резко выпрямился. — Точно! Напишу-ка я об отце. Как-никак, известный археолог, кучу экспедиций провел...

Тамара Игоревна проснулась от яростного, просто-таки истеричного лая. Нет, не так. Сначала она, конечно, не проснулась. Ее «умный дом», настроенный на идеальный сон, делал всё, чтобы хозяйка отдыхала. Плотные шторы «блэкаут» не пропускали ни фотона уличного освещения. Звукоизоляция, стоившая как чугунный мост, глушила все шорохи элитного жилого комплекса «Эдельвейс-Премиум». Даже воздух в спальне был не простой, а очищенный, ионизированный ровно до 22.8 градуса по Цельсию. Но этот лай… он пробивался...

После развода Паша уговорил Катю не подавать на алименты: мол, давай лучше сами, между собой обо всем договоримся. Уверял, что уж родную-то дочь точно не обидит, не обделит, денег не пожалеет — и Катя почему-то поверила, хотя последние несколько лет совместной жизни совсем разучилась это делать. Но тут ли говорил Паша очень уж искренне, то ли пожалела его неожиданно для самой себя. А может, и то, и другое сразу. — Хорошо, — согласилась она и внимательно посмотрела будущему бывшему мужу в глаза. — Только давай так, чтобы я за тобой в попытках выбить деньги не гонялась...

В целом Петр был, по мнению жены, неплохим мужем, но слабохарактерным. Все семейные решения всегда принимала Анна. Муж только соглашался и делал так, как она хочет. — Петь, я тут на сайте присмотрела покрывало на диван. Только вот выбрать цвет не могу. Синий или красный взять, как думаешь? — Синий давай. Поспокойнее как-то, а то красный быстро надоест, — подумав, отзывался муж. — Хм… Наверное, красный закажу. Поярче, посимпатичнее, — будто бы не слыша, вслух размышляла Анна. Конечно, после такого...

- Лена, твоя мать меня раздражает! Скажи ей, чтоб искала себе квартиру! – уже который раз за неделю твердил Сергей. - Сереж, она никуда отсюда не уедет! – снова спокойно отвечала Лена. - В последний раз тебе говорю! Спорить с ним было абсолютно бесполезно. Он слышал только себя. Никакие аргументы супруги не могли его переубедить. Его не волновало даже то, что теща вложила в эту квартиру примерно половину от ее стоимости. С самого начала их совместной жизни отношения матери и мужа Лены можно было смело назвать идеальными...

Родители в издевку, наверное, назвали ее красивым именем «Анастасия». На самом деле Настя оказалась насмешкой природы. Все в ее внешности было ужасно, отчаянно некрасивым. Словно создатель, вылепляя ее, был не совсем трезв, а точнее, совсем не трезв. Или настроение у него было плохое, или еще что! Черты лица у Насти, если рассматривать их по отдельности, были очень даже миловидными: прямой греческий нос, зеленые глаза правильной формы, аккуратный, вишенкой рот. Все это прекрасно сидело бы на других людях, но на Настиной мордашке выглядело нелепо и смешно...

Инга стояла у окна, рассеянно наблюдая, как октябрьский ветер гоняет по двору разноцветные листья. В просторной гостиной царил полумрак — шторы она так и не раздвинула с утра. На журнальном столике остывала нетронутая чашка кофе, рядом лежал смартфон с очередным пропущенным звонком от свекрови. Массивный книжный шкаф, доставшийся вместе с квартирой от бабушки, занимал целую стену. Корешки книг выстроились ровными рядами — классика, романы, детективы. Ни одной детской книжки. Как и игрушек на пустующих полках...

— Чай, кофе? А вам? Воды? С газом, без газа? Стюардесса любезно предлагала пассажирам напитки, а Марат ожидал, когда она поравняется с его креслом. Какой будет её реакция, ведь они так долго не виделись?! Наконец стюардесса обратилась и к нему. Марат выпалил: — А можно шампанского? За встречу. Она взглянула на него с изумлением, а затем её дежурная улыбка сделалась ещё шире. — О, какие люди! Вот так предновогодний сюрприз! — сказала она и добавила почти шёпотом, — Давай как-нибудь в другой раз, а пока советую кофе...

Виктория… Красивое имя. То, что Виктория – это победа, не знает только круглый идиот. Или хронический. Имя – не настоящее. Имя – ее рабочий псевдоним. На самом деле Викторию мама назвала Светкой. Светлана. Ничего так. Но для выбранной, хм, профессии Светлана звучит не очень победительно. Она же не учительница и не монашка. Она не свет несет, а… грубые, удолетворяющие похоть мужскую, наслаждения. Как же Вика дошла до жизни такой? Да просто. На местной птицефабрике небольшого поселка постоянно задерживали зарплату...

– Это что? Какой-то прикол? Не смешно! Повтори, мама, что ты собираешься делать? – Светочка, у тебя что, со слухом внезапно проблемы начались? Повторяю по пунктам. Во-первых, я хочу продать свою квартиру. Во-вторых, часть вырученных денег планирую отдать тебе, хотя и не обязана этого делать. Просто мне хочется поддержать твою семью. Надеюсь, вы с Вадимом примите правильное решение, как распорядиться полученной суммой. В-третьих, после того, как у Александра завершится командировка в нашем городе, мы вместе поедем к нему на родину...