Фантазии на тему

Она готовила кофе, когда зазвонил телефон. Номер был незнакомый. – Джейн? – Кто это? – Слушай внимательно. Времени очень мало. Через минуту к твоему дому подъедет микроавтобус. – Это кто? Я ничего не заказывала. – Ты должна мне поверить. Эти люди опасны. – Какие люди? Кто это? – Джейн, сейчас в стекло веранды врежется и разобьётся насмерть ворон. – Что вы… Она вздрогнула и едва не выронила телефон от сильного удара в окно. Побежала в гостиную. Медленно, нехотя подошла к высоким панорамным стёклам...

Утром у Веры был запланирован поход в супермаркет. К десяти утра она успела выспаться, позаниматься дома с гантелями, принять душ и позавтракать. Быстрый ритм жизни приучил её планировать день даже в выходной. Её дни всегда были заняты заботами и рабочими звонками и только вечером Вера могла расслабиться, ужиная с подругами в ресторанах или смотря дома фильм. После развода шесть лет назад она жила с сыном Димой, который учился на втором курсе и жил отдельно от матери с однокурсниками в съёмной квартире...

Ночью зазвонил телефон. Агата вскочила с постели и посмотрела на часы. Циферблат показывал 4:15. В соседней комнате заскрипела кровать. ― Мама, не вставай. Я возьму. Агата подбежала к телефону, взяла трубку, услышала: «Тревога», «Тревога», «Тревога» ― голосовой робот повторял снова и снова, пока она не бросила трубку. Как же не хотелось собираться на работу! Вчера вернулась домой поздно ― заканчивала очередное дело в авральном режиме, поджимали сроки. ― Может, успеешь поесть? ― спросила Анна Ивановна...

Арина дремала на стульчике возле детской кроватки, в которой спала ее дочка. Могла она лечь и на диван, старый и скрипучий, но уснуть на нем все равно не сможет. Будет подскакивать к Катеньке, даже если та будет крепко спать. Проверять будет, все ли с ней нормально. Добрые бабки напичкали Арину всевозможными историями про то, как дети на пустом месте заболевают, а мамаш потом прав лишают. Арина и рада была не слушать, но пока сидела по бесконечным очередям, чтобы получить государственную милостыню...

Время около полудня. Снег слегка припорошил лёд перед крыльцом, с вывески банка свисает малюсенькая сосулька. Из подъезда жилого дома выбегает женщина лет сорока в наспех накинутом пальто с капюшоном, осенней обуви. Пара секунд, и картинка в ее глазах опрокидывается, не по-декабрьски яркое небо с быстро бегущими облаками уезжает куда-то ввысь, а затылок ощущает невыносимую жесткость асфальта. "Господи, как неудачно-то! Неужели сотрясение? Закрыть глаза, полежать немного..." — Лена! — на пятом этаже...

Сидя на длинной деревянной скамье, отец Николай задумчиво смотрел на темную гладь пруда, прикрывая глаза от яркого солнца. И хотя половина пруда еще была затянута ледяным панцирем, на свободных ото льда участках вовсю резвились недавно вернувшиеся утки. Отец Николай время от времени отламывал от лежащего рядом батона небольшие куски и бросал их птицам. Утки тут же налетали на угощение и ссорились между собой, шумно хлопая крыльями. Церковь, в которой служил отец Николай, находилась неподалеку от пруда...

― Лизавет, ― сказала ей подруга, перед тем как Лиза отключилась и вошла в кафе. ― Слушай, я знаю, сейчас не время, но твой Костя… какой-то он чудной. ― Ничего не чудной, ― возразила Лиза. Настя на том конце вздохнула. ― Насть, от людей, как и от цветов, не нужно ждать совершенства. ― Ты с этим своим цветочным магазином совсем уже… ― Я побежала! ― оборвала Лиза, пожелала подруге хорошего вечера и сунула телефон в сумочку. Оглядела себя с ног до головы, прежде чем войти в кафе. Спрятала под рукав желтый браслетик, который подарил ей сегодня какой-то ребенок, зашедший с мамой в магазин...

Объединившее Сергея и Марину увлечение может показаться странным многим людям, но именно оно свело их вместе. В их среде это называется «сталкерство», а для посторонних существует безобидный термин «промышленный туризм». На этот раз целью их путешествия была заброшенная радиомачта высотой более ста метров. В годы Великой Отечественной здесь был резервный радиоцентр, потом потребность в нём отпала, и он уже много лет был заброшен. Узнав о таком «вкусном» объекте, Сергей стал собираться в дорогу. Марина предпочла бы посетить заброшенную базу ракетных поездов, но согласилась с выбором друга...

Саша хотел котенка. Если бы его спросили, зачем это ему нужно, он бы не смог ответить сразу. А началось всё с Киплинга. Когда он в третий раз посмотрел «Книгу джунглей» (он бы посмотрел и в четвертый, но родственники закончились), то решил завести черную пантеру или леопарда: так не хотелось расставаться с героями фильма. Саша подолгу задерживался у клеток передвижных зверинцев, где лениво прохаживались большие кошки, в цирке его интересовали больше всего представления с хищниками, он искал иллюстрации зверей в толстых книжках, таскал родителей за покупками фарфоровых статуэток животных...

Дети были голодны, муж был пьян. Дети сидели перед телевизором, уткнув носики в телефоны, муж храпел тут же в кресле. Диана скинула с себя пальто и повесила на крючок. - Мама, мы люди взрослые, разберемся что, к чему. Иди, погуляй с подружками! Не надо за нас волноваться! – сказали ей дети перед долгожданной встречей Дианы с девчонками. «Зря, не позвонила!» - подумала Диана. Это Катя ее отговорила звонить: - Сыну твоему уже тринадцать лет, дочке – девять. Даже если у мужа где-то что-то заиграет, детки далеко не младенцы, в сиюминутном уходе не нуждаются...

- Что мне делать, как дальше жить, это тупик, катастрофа, конец нашей любви, – лихорадочно думал высокий симпатичный мужчина, судорожно держащий озябшими руками воротник куртки, всё время норовящей расстегнуться. Дул сильный ветер, лохматый снег спускался на город сплошной лавиной. Лео задумчиво брел по главной достопримечательности Праги – Карлову мосту. Возле скульптур святых, молчаливо стоящих по двум бокам причудливой конструкции, замирал в хаосе мыслей. На территории знакового пражского архитектурного шедевра, соединяющего два берега неспешной Влтавы, бурно кипела туристическая жизнь...

Марина Викторовна, или «МарВик», как ее за глаза звали подчиненные, с тоской смотрела на панорамное окно своего офиса в «Москва-Сити». Сорок пятый этаж. Вся Москва, как на ладони – гудящая, дорогая, успешная. Такая же, как она сама. Идеальная укладка, строгий брючный костюм от Brioni, тонкий аромат «Baccarat Rouge 540». Она была хозяйкой жизни, архитектором с именем, женщиной, сделавшей себя саму. И вот теперь эта «хозяйка» ждала. Ждала, пока ее судьбу решит… какой-то «фермер». Новость о продаже их элитного архитектурного бюро грянула как гром среди ясного неба...