Руки из плеч

В 1954 году американский вирусолог Честер Саутэм задался вопросом: что будет, если ввести здоровому человеку раковые клетки? Заболеет ли он раком? Или иммунитет справится? Чтобы получить ответ, он провёл эксперимент. На сотнях людей. Без их согласия. Сегодня за такое сажают в тюрьму и пожизненно лишают лицензии. В 1950-х — избрали президентом Американской ассоциации исследований рака. Прежде чем говорить об эксперименте, нужно рассказать о материале. Саутэм использовал так называемые клетки HeLa — одну из самых важных и одновременно трагических историй в истории медицины...

Осень 1952 года. Москва. В Кремле идет XIX съезд партии. Атмосфера тяжелая, воздух наэлектризован. Старый Вождь сидит в президиуме и внимательно сканирует зал. Ему нужна «сменная бригада». Старая гвардия обросла жирком, амбициями и ленью. Сталину нужны исполнители. Крепкие, молодые, с прямыми спинами. И тут его взгляд цепляется за делегацию из Молдавии. Среди серых пиджаков выделяется один мужчина. Статный, плечи широкие, взгляд прямой, шевелюра густая. Сталин поворачивается к соседям и говорит фразу,...

Всадники в чёрных монашеских одеждах, с собачьими головами у сёдел и мётлами на кнутах. Они врываются в город, и над улицами разносится леденящий душу крик: «Гойда!» Опричники Ивана Грозного — одна из самых зловещих страниц русской истории. Личная армия царя, не подчинявшаяся никому, кроме него. Люди, которым было запрещено общаться с «земщиной» — обычным населением. Но что означал их боевой клич? Откуда взялось это странное слово, от которого бледнели бояре и разбегались по домам простые люди? Опричнина была создана в 1565 году как личная гвардия Ивана Грозного...

Есть у электриков, да и у простых рукастых мужиков, одна вечная боль. Это изолента. Казалось бы, расходник копеечный, чего о нем думать? Но вспомните ситуацию: стоишь на стремянке, под потолком, одной рукой держишь скрутку, другой мотаешь. Нужно оторвать кусок. Ножа под рукой нет (он в кармане штанов, а третья рука еще не выросла). Ты начинаешь тянуть ленту. Она, зараза, тянется, превращается в тонкую струну, потом рвется рывком, оставляя растянутый, липкий и бесполезный «хвост». В итоге — сопли, а не изоляция...

История советской космонавтики полна белых пятен. Засекреченные документы, закрытые архивы, истории, о которых участники молчали десятилетиями. Но некоторые тайны всё же просочились наружу. Одна из самых загадочных связана со станцией «Салют-7» и её экипажем. В 1984 году космонавты якобы стали свидетелями явления, которое не поддаётся научному объяснению. После возвращения на Землю им настоятельно рекомендовали молчать. Что же они увидели за бортом станции? «Салют-7» вышла на орбиту в 1982 году — последняя станция серии «Салют», оснащённая самым современным оборудованием...

Стоит на обочине новенький кроссовер. Капот открыт, водитель в панике бегает вокруг с телефоном, пытаясь поймать сеть. Останавливаюсь. — Что случилось, командир? — Да вот, камень поймал, бак пробил, бензин течет! Вызываю эвакуатор, а связи нет! — Эвакуатор? — усмехаюсь я. — Из-за дырки в баке? Достаю из своего бардачка старый, потемневший от времени брусок хозяйственного мыла. Того самого, 72%, с запахом щелочи и сурового детства. — Держи, — говорю. — Замажь и едь дальше. Водитель смотрит на меня как на шамана, который предлагает подорожником открытый перелом лечить...

После революции 1917 года молодая советская власть оказалась в тисках. Гражданская война, разруха, голод, международная изоляция. Денег не было. Зато были сокровища империи — веками накопленные драгоценности, картины, книги. Решение напрашивалось само: продать. Быстро, оптом, за любую цену. Так началась одна из самых масштабных распродаж культурного наследия в истории. По оценкам специалистов, страна потеряла десятки миллиардов рублей в современном эквиваленте. А бесценные шедевры разлетелись по частным коллекциям Америки и Европы...

На днях сидел, ковырялся в спутниковых картах. Искал место для рыбалки подальше от людей, где-нибудь в глуши. И наткнулся на такое, от чего волосы на затылке зашевелились. Представьте себе: дикая тайга. Болота, бурелом, медвежьи углы, куда не ступала нога человека. И вдруг этот хаос аккуратно порезан на ровные квадраты. Идеально прямые линии тянутся на сотни километров. Они игнорируют рельеф: река, овраг, сопка — плевать. Линия идет строго по азимуту, как луч лазера. Координаты для скептиков: 60° 9'50...

Поединок перед битвой. Два воина выезжают навстречу друг другу под взглядами тысяч солдат. Звучат фанфары. Через несколько минут один из них будет мёртв. Это не сцена из фильма и не средневековая легенда. Это 1905 год, Маньчжурия, русско-японская война. И черногорский доброволец Александр Саичич, которого после этого боя назовут «Муромцем». Александр Саичич родился в знатной черногорской семье. Военная карьера была предопределена — он окончил военное училище и стал адъютантом. Но даже среди офицеров выделялся настолько, что получил прозвище «рыцарь»...

Недавно помогал сыну с переездом. Купили они с женой «евродвушку» в модном ЖК. Фасад красивый, вентканалы блестят, подъезд в мраморе. А зашли внутрь — зябко. Батареи вроде горячие, окна пластиковые, а по ногам тянет. Градусник показывает +21, но ощущение, что я как будто в склепе. Вечером вернулся к себе в сталинку 1954 года. За окном тот же минус, батареи греют так же. Но дома — Ташкент. Хожу босиком, кошка валяется на полу, воздух какой-то… плотный, теплый. Стал разбираться, почему так. И понял: дело не в том, что «раньше трава была зеленее»...

На Луне покоится только один человек. Нет, это не Нил Армстронг и не кто-то из астронавтов «Аполлонов». Это учёный, который никогда не был в космосе, хотя мечтал об этом всю жизнь. Его прах доставили на Луну в 1999 году. Он лежит там до сих пор — в кратере у южного полюса, в вечном холоде и абсолютной тишине. Кем был этот человек? И почему Америка решила исполнить его мечту после смерти? Юджин Шумейкер с детства был не таким, как все. Учился настолько легко, что мог позволить себе прогуливать уроки — и всё равно быть лучшим в классе...

Захожу на днях к теще в старую «хрущевку». Там в подъезде ремонт затеяли. Стоит молодой парень, маляр из управляющей компании, и закатывает все стены в однотонный бежевый цвет какой-то дешевой водоэмульсионкой. Смотрю я на это дело, а под слоем новой краски проступает та самая, родная, вечная советская классика: темно-синий низ, беленый верх. Парень перехватил мой взгляд и усмехается: — Ну и жуть раньше лепили, да? Как в бункере. То ли дело сейчас — светло, просторно! Я промолчал, чтобы не сбивать ему рабочий настрой...