После Полуночи

Я старший матрос на двадцатиметровом траулере «Маргарет Энн». Я проработал на этом судне четырнадцать лет. На борту нас шестеро. Капитан Хэл, старпом Донни, механик Пит и трое матросов: я, Мэнни и Рубен. Шесть. Запомните это число. Дальше оно важно. Я пересчитываю людей перед каждым спуском сети. Это моя обязанность как старшего матроса. Перед тем как спустить трал, перед тем как поднять его, перед тем как открыть мешок с уловом — я считаю. Шесть человек. Все на месте. Каждый там, где должен быть...

Камеры видеонаблюдения мне подарили на сорокалетие. Жена сказала, что подарок дурацкий. Что мы живём в спокойном районе. Что я просто накручиваю себя. И она была права. По крайней мере, первые двенадцать дней. Камеры я всё равно установил. Одна смотрела на входную дверь. Вторая — на въезд к дому. Третья — на задний двор. Я настроил приложение, проверил ночной режим и почти сразу почувствовал себя глупо. На экране были те же самые места, которые я и так видел каждый день: крыльцо, машина, газон, старый сарай в углу участка...

Я работаю в Центре невостребованного багажа в Алабаме. И я знаю, что на самом деле случилось с рейсом 702. Каждый год авиакомпании теряют миллионы сумок. Большинство рано или поздно возвращают владельцам, но десятки тысяч чемоданов так и остаются ничейными. И как думаете, куда они деваются? Их отправляют к нам, в Центр невостребованного багажа. Здесь люди покупают забытые вещи со скидкой — от одежды до электроники. Но прежде чем всё это попадёт на витрину, оно проходит через нас. Я работаю в приёмке...

Вчера вечером родители опять долго ругались. Я уже не ребёнок, но всё ещё живу с ними, поэтому такие ссоры слышу часто. Обычно я не вмешиваюсь: надеваю наушники, закрываю дверь и жду, пока они устанут. Но в последнее время они ругаются из-за меня. Моя мама уверена, что я мёртв. Не в переносном смысле. Не в духе «ты для меня умер». Она правда считает, что меня больше нет. Началось всё за обычным завтраком. Мы сидели за столом. Я ел хлопья, листал телефон и почти не слушал, что она говорит. И вдруг мама повернулась ко мне...