Дмитрий Посвежинский

Если мальчишка идет в военное училище, его проверяют не только на знания, подтягивания и здоровье. Главное выясняют, почему нормальный, здоровый юноша вместо летних развлечений и загорелых девушек выбирает старшину и бег под палящим солнцем в противогазе, вместо шашлыка с пивом – перловую кашу с мясом белого медведя (вареным салом), а вместо туманных запахов женской парфюмерии - тяжелый дух пота и портянок. Поэтому психологи на ВВК (военно-врачебная комиссия) выясняют у будущего курсанта, а не дурак ли он...

Промозглое, недоспавшее курсантское утро: «Солнце еще не взошло, а в стране дураков уже кипела работа». Строй 5-й роты в колонну по три повзводно ждет старшину. В руках веники, грабли, лопаты, носилки. Холодный ветер с брызгами обдувает голые шеи. Защита от ветра запрещена, и мы прячемся в колючих воротниках шинелей, мечтая об офицерских куцых шарфиках.        Ежась от холода и елозя плечами, пытаясь устроить тощее туловище внутри шинели, выходит хмурый старшина. Физиономия искажена праведным бурчанием...

В съемной унылой однушке, в привычном сумраке Вика и Лёня сидели на старом облезлом диване-книжке и виновато смотрели перед собой, выслушивая поток обвинений от хозяйки квартиры. Та гневно отчитывала их за очередную выдуманную провинность.        Хозяйка, пенсионерка Лариса Владимировна, делала вид, что оскорблена до глубины души. Ей нравилось, как она выражалась, «держать ситуацию в руках», а жильцов — в ежовых рукавицах. В такие моменты она чувствовала свою значимость и либо выискивала мнимые недостатки, либо сама их создавала, нанося неожиданные визиты для «инспекции» своей собственности...

Красивый номер. В мире, разделённом социальной перегородкой из стекла, майор Пожарский, в обиходе Сергеич, и Ромыч, вели приём в МРЭО, выдавали автомобильные номера. С одной стороны — Сергеич с Ромычем, одуревшие от рутины и кипы бумажных папок, а с другой — атмосфера нетерпения и ровный гул голосов. Кондиционер, дребезжа одной нотой, гонял в обе стороны противный запах одеколона очередного автовладельца. Ромыч сидел, развалившись на стуле, и смотрел в документы стеклянными от скуки глазами. Потом зевнул и лениво, почти не глядя, поставил подпись в очередной клеточке...

Форма одежды у оперов в выходной день — это показной расслабон в джинсах, кроссовках и свитерке. Мол, я тут чисто кофе попить и домой, вроде на работе, но душой в шашлычке. В этот выходной день, мне, дежурному по управлению, надо было идти на селекторное совещание вместо начальника, поэтому я решил выбрать офисно-деловой стиль, но вместо темно синего, одел пиджак нежно салатного цвета, купленный по случаю и давно ожидавший своего часа. Я уже открыл дверь, когда меня задержала жена - дочь армейского полковника и боевая подруга...