Дмитрий Плынов

Как в Руси, не принявшей крещение, волхвы могли бы стать учёными, святилища — школами и обсерваториями, а вече — общественным заказчиком исследований. Раннее утро. Над святилищем медленно тает туман, пахнет мокрой корой и дымом можжевельника. На вершине деревянной башни юная Светлана следит, как солнечный луч ложится на бронзовую пластину. — Учитель, календарь ошибается на один день. Старый волхв не сердится. Он лишь спрашивает: — Ты уверена? — Я наблюдала три года. Так я представляю науку в книге «Если бы мы остались язычниками...

Семьям — возможный пересмотр жилищной поддержки, творческому бизнесу — выход на муниципальные заказы, регионам — бюджетная помощь: четыре направления октябрьских поручений заслуживают отдельного внимания...

Можно знать, сколько лет человек прожил, какое служение нёс, с кем был знаком, — и почти ничего не понимать о нём самом. Что давалось ему с трудом? О чём он молчал? Как и какие принимал решения, которые спустя столетия займут всего одну строчку в жизнеописании? Вокруг этих вопросов я и строю свой новый роман — «Святитель Вассиан Лавдийский». Сейчас работа над книгой продолжается. Ожидаю, что она будет опубликована в середине декабря 2026 года. Но сегодня хочу рассказать не столько о предстоящем выходе, сколько о самой книге...

Учёные, судьи и совесть государства: какой была бы роль волхвов в Руси, не принявшей крещение. Рассказываю по своей книге «Если бы мы остались язычниками». Дым лёг на землю. Все это видели. Семеро волхвов молча сидят в полутьме святилища. Триста воинов погибли, князь мёртв, а Верховный волхв Велимир накануне похода читал знаки и сказал, что можно идти. Самый суровый из совета, Ратибор, произносит вслух то, о чём думают все: «Велимир читал знаки неверно» Велимира зовут к совету. Сорок лет он служил богам и вёл народ сквозь войны и голод...

Волховицы, воительницы, княгини и право на развод. Каким было бы положение женщины в Руси, не принявшей крещение. Рассказываю по своей книге «Если бы мы остались язычниками». Солнце только что скрылось за лесом. Дочь гончара Любава переступает порог святилища Макоши. Здесь прохладно, пахнет травами и немного сыростью, на алтаре горят семь свечей, рядом лежат веретено, прялка и кудель. Мужчинам вход сюда закрыт. Старшая волховица Милица, которой семьдесят два года, берёт девушку за руку: «Макошь открыла в тебе врата женского...