Pherecyde

Летом 1591 года крымский хан Газы II Герай был уверен, что стоит на пороге величайшей победы в своей жизни. Его многочисленная орда подошла к Москве и расположилась лагерем неподалёку от столицы, возле села Котлы. Перед глазами хана поднимались клубы дыма, охватившие окрестности города, а впереди возвышался Кремль — сердце Русского государства. Казалось, ещё немного, и его имя навсегда войдёт в историю рядом с Батыем и Тохтамышем, которым когда-то удалось поставить Русь на колени. Всё складывалось...

В ходе Тридцатилетней войны привычные представления о военном искусстве постепенно теряли смысл. Полководцы всё реже стремились уничтожить противника в одном грандиозном сражении, а главным фактором успеха становились снабжение, коммуникации и способность армии пережить очередную кампанию. Огромные войска существовали за счёт реквизиций и грабежей, крепости превращались в ключевые опорные пункты, а целые области годами подвергались разорению. Несмотря на тяжелейшие испытания, династия Габсбургов сумела выдержать удары чешских, датских, немецких и шведских армий...

53 год до нашей эры. Где-то среди раскалённых равнин Месопотамии навстречу друг другу движутся две военные машины, созданные совершенно разными цивилизациями. С одной стороны — легионы Марка Красса, привыкшие ломать сопротивление противника дисциплиной и железной выдержкой. С другой — армия Парфии, чьи тяжёлые всадники внушали ужас от Сирии до границ Индии. Битва при Каррах давно вошла в историю как одно из самых сокрушительных поражений Рима. Легионы были уничтожены, сам Красс погиб, а орлы римских легионов стали трофеями победителей...

Осенью 1449 года жители Руана увидели у своих стен не огромную армию и не бесконечный лагерь осаждающих, а всего три орудия. Для столицы английской Нормандии это выглядело почти насмешкой. Город пережил страшную осаду Генриха V, выдержал месяцы голода и эпидемий, а его стены считались одними из самых надёжных в Европе. Казалось немыслимым, что несколько пушек способны изменить судьбу целого региона. Но уже через считанные дни стало ясно: перед Руаном стоял не очередной французский отряд, а предвестник новой эпохи...