А что, если это про вас

Дима, я знаю, что ты не будешь это читать. Ты уже решил, что я виновата, и этого тебе достаточно. Но я всё равно напишу, потому что молчать я больше не могу, а говорить ты мне не даёшь. Вчера ты бросил трубку после слов: «Ты испортила мне свадьбу». Я набрала тебя снова. Ты не ответил. Третий раз за эту неделю. Мне пятьдесят три года, сын. Я тридцать один из них прожила с твоим отцом в отношениях твоим отцом. И за эти годы научилась одному: когда мужчина в семье говорит «это решено», женщина должна проверить, кто решил и за чей счёт...

Алла сидела на диване, придерживая на коленях коробку с документами Григория. Паспорт, военный билет, свидетельство о рождении. Полгода прошло, а она так и не убрала. Дверь открылась без звонка. Тамара вошла в прихожую, не снимая сапог, и остановилась в проёме. – Собирайся. У тебя два дня. Алла закрыла коробку. – Здравствуй, Тамара. – Я без здравствуй. Квартира Гриши, а Гриши нет. Значит, квартира наша. Мамина, моя, Лёшкина. Семейная. – Я тоже была его семьёй. Двадцать три года. Тамара прошла на кухню...

Валентина нашла квитанцию в кармане зимней куртки мужа. Не искала, просто проверяла карманы перед химчисткой, как делала каждый октябрь последние двадцать пять лет. Квитанция была из строительного магазина. Плитка, затирка, клей. На сумму восемь тысяч четыреста рублей. Дата: третье июля. Три месяца назад Игорь сказал, что отдал маме триста тысяч на ремонт ванной. Валентина тогда промолчала. Триста тысяч. Их совместных. Без обсуждения. Но промолчала, потому что свекрови Нине Фёдоровне было семьдесят...