Тайган

Дорога была такой старой, что помнила, наверное, ещё те времена, когда по ней ездили на лошадях. Она петляла через лес севернее Тимминса — маленького городка в провинции Онтарио, затерянного среди озёр, болот и бескрайних ельников, — и кое-где вообще перестала быть дорогой, превратившись в две колеи, разделённые травяным гребнем. По обочинам тянулись канавы, которые когда-то, давным-давно, рыли для стока воды. Колониальная эпоха, британские инженеры, порядок во всём — но порядок этот держался, пока за ним следили...

На восточном побережье Австралии, там, где холмы мягко спускаются к заливу, а эвкалипты пахнут так крепко, что воздух становится почти осязаемым, стоит ферма, которую местные знают по названию Brightside Farm Sanctuary. Для одних это просто приют для животных. Для других — последнее прибежище тех, кого нигде больше не ждали. Длинные вольеры, загоны для овец, вольеры для собак, небольшие домики для кошек — всё это разбросано по территории так, будто не планировалось, а само собой сложилось, как складывается жизнь: не по чертежу, а по необходимости...

Туман над стоянкой у приюта ложился низко, стелился по асфальту, будто пытался укутать всё вокруг и спрятать от утреннего холода. В такие часы даже город казался тише: машины ещё не гудели на перекрёстках, светофоры мигали вхолостую, а редкие прохожие кутались в шарфы и спешили мимо, не поднимая глаз. Приют SPCA в Пенсильвании просыпался по-своему — не с бодрого звонка и не с весёлой музыки, а с тихого, будничного шума: лязг мисок, скрип дверей, приглушённые голоса волонтёров, которые уже знали: день будет долгим, а дел — больше, чем рук...

Николай Петров любил повторять, что природа не терпит суеты. Сам он при этом был человеком в высшей степени суетливым — бегал по утрам, проверял ловушки для насекомых, одновременно разговаривал по телефону, заваривал чай и что-то записывал в блокнот, который терял в среднем трижды в день. Анна, его жена, школьная учительница с привычкой поправлять всем галстуки и застёгивать верхние пуговицы — даже тем, у кого не было галстука, — говорила, что в её муже живут как минимум два человека: один — учёный, серьёзный и вдумчивый, а второй — мальчишка, которому всё интересно и ничего не страшно...