Семейные Драмы | Диана З.

Анна шла по лестнице медленно, тяжело, будто с каждым шагом в её коленях прибавлялось по два мешка цемента. Лифт снова не работал — как и сердце у её сына, судя по последнему разговору. Третьего этажа до пенсии ей хватало, а вот сейчас, после того как она услышала «Мы с Лизой подумали, нам бы квартиру поближе к МЦК, ты же всё равно почти не выходишь…», ноги не слушались вовсе. Она ввалилась в квартиру и сразу поняла: что-то не так. На кухне пахло мужским дезодорантом. На табуретке стоял пластиковый стакан с недопитым кофе...

Лариса сидела в своем кресле, которое гордо называла «трон». Чайник на кухне щелкнул, заканчивая бурлить, а мама шуршала где-то за стенкой, пересыпая очередные макароны из пакета в банку, как будто собиралась кормить армию. — Ты хоть бы одно свободное воскресенье провела спокойно, без генеральной уборки, — пробормотала Лариса, вытягивая ноги. — Я вот с утра планировала просто попить кофе, посмотреть кино и умереть от скуки. Всё как в мечтах. — Скука — это роскошь, деточка, — отозвалась мама из кухни...

Анна сидела на краю дивана, как будто ей велели. Спина прямая, руки сжаты в кулаки, ногти врезались в ладони — как в судорогах. Часы на стене тикали особенно громко. Алексей любил этот звук. Говорил, что он напоминает ему о дисциплине. Сейчас этот звук резал по нервам. На кухне за стеной работала кофемашина. Алексей обожал кофе с утра. Он всегда говорил: «Я могу простить всё, кроме плохого эспрессо». Какой ироничный штрих — кофе на фоне того, как рушится двадцать пять лет брака. Он вышел из кухни в своей идеальной рубашке — даже дома он гладил рубашки...

Утро было отвратительным. Словно кто-то специально поставил будильник на «жопа-режим». Холодно, сыро, на кухне воняло старым луком из мусорного ведра, которое Анна, конечно же, опять забыла вынести. Ну да, кому оно надо, когда ты только что похоронила мать, а родная сестра превращается в Акула-Бухгалтерию? Анна стояла у окна в халате, который ещё помнил 2007 год, и пялилась на двор, где какой-то мужик выгружал из багажника три пакета с надписью «Метро». Вид у него был такой, будто он сейчас вынет оттуда не сосиски, а чью-то совесть...

Анна Михайловна сидела на кухне, как в старой комедии, где главную героиню вот-вот собьёт поезд, но она ещё успевает сварить себе кофе. Она не любила кофе, но варила — от скуки. Пенсия, как старый друг, которого терпишь из вежливости: вроде бы и он тебе ничего плохого не сделал, а раздражает до зубовного скрежета. В этот день всё началось с визита. Точнее, с визита вежливой, улыбающейся, «вся такая из себя офисная» Марины — её племянницы. Та внезапно появилась в дверях с пакетиком из «Азбуки вкуса» и выражением лица, как будто сейчас откроется портал в светлое будущее...