Не раз очарованный странник

Погрузка прошла быстро. Лисицкий деловито командовал людьми, распределяя места, куда класть те или иные части снаряжения. Участок железной дороги, по которому мы собирались ехать, ещё официально не открыли, но пути уже были проложены. Как и обещал, Лебедев раздобыл для нас крытый товарный вагон, который прицепили к служебному поезду, доставляющему грузы и людей на строящиеся участки дороги. К заранее оговоренному снаряжению по совету Северцева мы приобрели мулов, которых погрузили отдельно. Почти сразу по завершении погрузки поезд тронулся...

Утром за мной заехал Лебедев. Он собирался представить мне отобранных им для дела людей, но я попросил сделать сперва остановку у городской конторы Гинзбурга, где мы условились встретиться с Михаилом Осиповичем. С одной стороны, вроде бы неловко говорить о том, что я передумал. А с другой стороны, может, и нет никакой неловкости? Судя по тому, что я узнал от Бартенева, Наум Семёнович вызвался помочь мне вовсе не из человеколюбивых соображений, а чтобы сделать реверанс властям, а заодно немного заработать на приезжем простаке...

Ночью прошёл дождь, воздух очистился, и над городом повисла лёгкая прохлада, которая, как я уже знал, продержится недолго и уступит место обычной для июня духоте. Я вышел рано, намереваясь управиться с первым визитом до того, как конторы наполнятся посетителями. В делах купеческих ранний час ценится, ещё никто не успел притомиться, погрузиться в заботы с головой или хотя бы проголодаться, а потому и от разговора пользы больше. На улице я поймал извозчика. Мы быстро сговорились, и он повёз меня в порт...

Подбор участников экспедиции проходил мучительно. Люди в Хабаровске, разумеется, имелись – и немало. Но, как и везде, толковые были при деле и не хотели отвлекаться на временное и к тому же рискованное предприятие вроде похода за живым тигром. В первые дни я обошёл несколько слободок за городом, где селился рабочий люд: промысловики, лесорубы, сплавщики, портовые грузчики. Места эти, шумные и неопрятные, всё же обходились без показной нищеты, которая сразу бросается в глаза на окраинах захолустных городов...