История России: мифы, люди, события

Есть один миф про 1918 год, который повторяют как заклинание: “Иначе было нельзя. Это была война.” И есть другая фраза, от которой людей буквально “корёжит”: “Это было политическое убийство — и дети стали частью расчёта.” Вот почему тема не умирает. Потому что здесь спорят не о Николае. Здесь спорят о границе: что государству “можно”, когда оно боится проиграть. Давай разберёмся так, чтобы после этой статьи у тебя в голове наконец сложилась честная картина: почему это произошло, кто принимал решение, какие мифы мешают видеть факты — и почему именно это событие стало точкой невозврата...

Если вы жили в 90-е — вы помните не даты. Вы помните ощущение. Как будто привычный мир отключили рубильником: вчера всё “как-то работало”, а сегодня — цены в космосе, зарплата в тумане, будущее в лотерее. Ельцина либо называют “освободителем”, либо “виновником катастрофы”. И почти всегда спорят лозунгами. А правда в том, что эпоха Ельцина — это не про одного человека, но и не про “само так получилось”. Давайте разберём по фактам — коротко, жёстко и без мифов. Ельцин вырос внутри партийной вертикали...

В школе это звучит почти буднично: “погиб царевич Дмитрий”. Но если убрать учебниковый тон, получится страшнее: Углич — это не смерть ребёнка. Это смерть доверия к власти. После 1591 года Россия стала страной, где любая “легенда” может победить реальность. И именно поэтому через несколько лет люди будут готовы поверить самозванцу. Если вам кажется, что Углич — “деталь на фоне Смуты”, попробуйте ответить на один вопрос: Кому выгодно, чтобы страна поверила, что наследника “убрали”? Потому что в этот...

Откройте школьный пересказ — и Иван IV уже готовый злодей: «параноик», «опричнина», «Новгород утопили в крови», «сына убил». Но есть вопрос, который почти никто не задаёт: кто и зачем сделал Грозного “главным монстром” русской истории? Сразу честно: Иван IV не был “добрым царём”. Казни и конфискации были. Но массовый образ “кровавого тирана” — это не просто факты, а сюжет, который веками усиливали и упрощали. У Ивана IV было две жизни. Первая — историческая: война, интриги элит, страх измены, централизация, жестокие решения...

Ломоносов — не только химия, университет и стихи. Он однажды пошёл войной на Академию наук, потому что был уверен: историю России пишут так, будто русские “ничего не создали сами”. И это дошло до абсурда: в Петербурге был доклад, который запретили. Не из-за ошибок в датах — а потому что тема считалась унизительной для империи. В XVIII веке Россия строила “большую науку” почти с нуля. Поэтому Академию наук комплектовали как европейский проект: приглашали специалистов из Германии, Швеции, Швейцарии, Франции...