Одинокий странник

О том, что на юбилее Лидии Сергеевны будет не «семейный ужин», а банкет на сорок человек, я узнала за девять дней до праздника. Мы с Михаилом заехали к ней после работы: он привёз новый электрический чайник, который она сама попросила в подарок, а я забрала из ателье её платье. Пока Михаил снимал упаковку с коробки в прихожей, свекровь отвечала сестре по громкой связи и перебирала на кухне листы с фамилиями. — Конечно, приходите вдвоём. Уже сорок человек набралось, но поместимся, — сказала она. Потом засмеялась: — За деньги не переживай...

Павел понял, что я собираюсь сделать, раньше остальных. Он сидел справа и видел на экране моего телефона письмо с номером бронирования. — Ань, не сейчас, — сказал он негромко и придвинул ко мне блюдо с пирогом, словно этим можно было вернуть разговор на пять минут назад. Я не ответила. Через стол Людмила Петровна продолжала объяснять сестре, какая я расчётливая и как люблю следить за чужими расходами. Остальные уже перестали есть. Светлана, сестра Павла, размешивала чай, хотя сахар давно растворился...

В тот вечер я сначала увидела в прихожей три сложенных пледа, а уже потом услышала, как Павел вполголоса разговаривает на кухне с матерью. Пледы обычно лежали на верхней полке шкафа. Один мы брали летом на дачу, два других доставали, когда дочь оставляла у себя подругу. Павел к ним вообще не прикасался — он даже не знал, на какой полке они лежат. А тут снял все три, аккуратно сложил на банкетку и ещё притащил из кладовки старую раскладушку. — У нас кто-то остаётся? — спросила я. Он прикрыл ладонью телефон...