Объектив времени.

Все представленные ниже фотографии из архива негативов моего отца. И почти все эти люди так или иначе мне знакомы. Они все прошли войну, большинство на фронте, некоторые - на производстве. Мои первые детские воспоминания, во что были одеты окружающие люди, родственники, родители - вот именно так, как на фотографиях. Конечно, сейчас, глядя из нашего свободного 21 века на темные, тяжелые одежды мужчин и женщин конца 50-х, можно вообразить, что это было скучное, серое, тяжелое время. Но люди жили спокойной, жизнью, радовались мирным временам, и, по мере возможностей, старались обустроить свой быт...

Санкт-Петербург — это город, который невозможно не любить. По крайней мере, так принято считать. Его красота абсолютна, почти математически выверена, и именно в этом кроется причина, по которой он оказался «не моим». Петербург — это город-музей, город-театр. Его строгие перспективы Невского проспекта, гранитные набережные, золотые шпили и безупречные пропорции Зимнего дворца создают ощущение вечности. Он прекрасен, как античная статуя, но со статуей невозможно выпить чаю. Эта красота требует дистанции...

История этого места уходит корнями в первую треть XVIII века, когда на Васильевском острове, по указу Петра I, начали возводить подворья для членов Святейшего Синода. Проект нового храма был поручен выдающемуся архитектору Василию Антоновичу Косякову — создателю Морского собора в Кронштадте. Храм Успения — это пятиглавый собор, который поражает не только внешним великолепием, но и смелостью инженерной мысли. Одной из главных инноваций Косякова стало использование бетона вместо кирпича для возведения основных арок, что значительно ускорило строительство...

У Невы обманчивая внешность. Ее широкая, спокойная гладь у Эрмитажа и Петропавловской крепости скрывает колоссальную энергию. Это полноводная, быстрая и глубокая река с мощным течением и частыми нагонными наводнениями. Город веками вел с рекой непрекращающийся диалог: строил дамбы, углублял фарватер, учился предсказывать ее буйный нрав. Нева диктует свои правила, и вся история петербургского флота — это история того, как человек учился эти правила принимать и использовать. Мало какой корабль в мире обладает такой символической силой, как крейсер «Аврора»...