Накипело. Подслушано

Мы были той самой парочкой, про которую все говорят "идеально сошлись". Анна – моя невеста, умница, красавица, всё по полочкам. Кольцо присмотрели с сапфиром, потому что бриллианты, по её словам, носит каждая дура. Всё было спланировано как в кино: зал у реки присмотрели за год, список гостей на полторы сотни человек, свадебный планировщик этакая важная дама. И план. Боже, какой у нас был план! Не просто на свадьбу – на всю жизнь. После ипотека в хорошем районе, через два года – обязательно ребёнок,...

Я выросла в самой обычной семье, простой, как пять копеек. Мама в библиотеке книги выдавала, папа в школе физруком работал. Денег куры не клевали, но и не голодали. Зато у нас дома всегда пахло книгами и пирогами, и за ужином такой гвалт стоял, все смеялись, рассказывали кто что. Поддержка у нас была – не то слово. Всегда знала, за спиной моя крепость. После университета устроилась графическим дизайнером в небольшую студию, рисовала буклетики, логотипы. И вот на нашем корпоративе, где шампанское было самым дешёвым, я его и встретила...

Я из простой семьи, мы не бедствовали, но жили скромно. Родители – обычные трудяги, пахали как волы, чтобы мы с братом выучились. Не до жиру, сами понимаете. Каждая покупка обсуждалась, каждая трата. А у меня с детства одна дурацкая, несбыточная мечта – музыка. Фортепиано. Я могла часами слушать классику по радио, пальцами по столу перебирала. Родители это заметили, и хоть им было нелегко, они наскребли на занятия. Не в какой-то крутой школе, а у старенькой учительницы в нашем районном Доме Культуры...

Меня зовут Виктор. Я из поколения, который всё делал "как надо". Слушай, а куда деваться-то было? Все так жили. Армия от звонка до звонка, потом завод, как отец. Женитьба на хорошей девушке — Люде, с нашей же лестничной клетки. Родители обрадовались — своя, проверенная. Работал инженером. Чёртежники, расчетчики, руки в мазуте. Жили небогато, но честно. Копейка к копейке. А потом, через пять лет брака, случилось такое чудо, что до сих пор дух перехватывает. Родился сын. Максим. Максимка. Он был таким крохотным, весь в синяках от родов, с двумя ямочками на щеках...

Хочу поделиться своей историей, которая, возможно, заставит кого-то задуматься и вовремя сходить к врачу, вместо того чтобы, как я, ставить на себе опасные эксперименты. Сижу вот, вспоминаю всё это, и до сих пор самой страшно и стыдно одновременно. Как же можно было быть такой слепой, такой упёртой? Это же просто тупость, чистой воды, а расплачиваешься за неё потом всем своим телом. Всё началось не с боли, а с фоновой усталости. Я списывала это на работу, на возраст. Ты просыпаешься уже уставшей, будто не спала, а грузила вагоны всю ночь...

Пишет вам мужик, которому в марте стукнуло шестьдесят два. И я хочу выговориться. Не для жалости, плевать я хотел на жалость. А как свидетельство. Как маяк, а может, и как предупреждение для тех, кто, как и я раньше, думает, что всё кончено, что лучшие страницы уже перевёрнуты и сгорели, а новые чистые, холодные и пустые, и в них даже писать страшно. Одиночество после пятидесяти это не драма. Это тихая, серая, обыденная ситуация, в которой ты задыхаешься понемногу каждый день. Ты не одинок в толпе, нет...

Пишу, потому что поделиться этим можно только анонимно. А ещё потому, что жизнь порой пишет сюжеты, до которых не додумался бы ни один сериальный сценарист. Для понимания всей глубины фарса нужно немного предыстории. У меня, кажется, никогда не было «нормальных» отношений. Ни семейных, ни любовных. Родители, классика: вечные скандалы, пьяные дебоши отца, слезы матери. Потом развод, и мама, вечно одинокая и недовольная, таскала за собой разных мужчин. Я научилась не привязываться. Друзей было мало - недоверие ко всем людям было моим базовым состоянием...

Короче, мне 52, жене 50. Живем вместе уже 28 лет, двое взрослых детей, оба уехали учиться в другой город. До недавнего времени все было нормально, не скажу, что идеально, но как у людей. Я на заводе мастером, она в бухгалтерии в небольшой фирме, оба вкалываем, вечерами сериалы смотрим, по выходным в магазин или к родителям. Но вот год назад у нее началась менопауза и все пошло наперекосяк. Как будто подменили. Стала такой... ну, дурной, извините за выражение. Не в смысле глупой, а просто невыносимой...

Я не люблю драматизировать, но это случилось со мной так, что иначе и не скажешь. Жизнь шла по привычной колее: работа, дети, дом, праздники, коммуналка. Всё, что я делала, было про семью. Я вкладывала в неё время, силы, деньги, надежды. Казалось, это и есть смысл — чтобы дети выросли, чтобы муж был спокоен, чтобы дом был тёплым. А в пятьдесят шесть лет я вдруг оказалась почти ни с чем: без денег, без опоры и с ощущением, что всё, что я строила, оказалось хрупким, как картонная коробка под дождём...

Она стала успешной быстро и так, что это казалось неправильным. Не то чтобы я не радовался — я радовался, искренне и громко, когда её имя появлялось в рассылках, когда коллеги поздравляли, когда она получала премии и приглашения на конференции. Я гордился, говорил друзьям, что у меня жена — звезда в своей области. Но где-то внутри, тихо и подло, поселилась другая вещь: неуверенность, которая глодала. Это не было драмой с первого дня, это было как трещина в стене — сначала незаметная, потом всё больше...

Я работаю фельдшером в бригаде скорой помощи. На эту работу попал не от хорошей жизни, после армии, где был медбратом, нужно было как-то устраиваться. Пошел учиться, получил диплом. Сначала казалось, что не выдержу, кровь, крики, смерть, ночные вызовы к бомжам и алкашам, которые валяются в своей блевотине и дерутся с призраками. Но потом поймал кайф. Этот азарт, когда от твоих действий напрямую зависит, выживет человек или нет, когда бьешься как рыба об лед, а потом ловишь слабый, еле прощупываемый пульс...

Я жил тогда на окраине, в доме, который построили ещё лет 50 назад. Лифт постоянно застревал между этажами, зимой дуло сквозь окна, а летом все на районе дружно жарились на лавочках и обсуждали, кто в каком магазине работает и когда у кого свадьба. Я снимал комнату у тёти Лиды, она любила смотреть сериалы и ругаться на коммунальные платежи. Работа у меня была случайная, то разгрузка фуры ночью, то доставка еды на самокате. Нормального графика не было, денег тоже, но я как-то крутился, чтобы не звонить маме и не просить...