Ночная смена.

Я вырос в деревне, где лес начинался почти сразу за огородами. В детстве бабушка постоянно повторяла одно правило: если после заката услышишь, что тебя зовут из леса, ни в коем случае не отвечай. — Даже если голос знакомый? — спрашивал я. — Особенно если знакомый, — отвечала она. Я считал это обычной страшилкой для детей. Пока однажды не вернулся в деревню спустя пятнадцать лет. Дом родителей достался мне после их переезда в город. Я собирался провести там несколько дней, разобрать старые вещи и привести участок в порядок...

После смерти бабушки мне достался старый дом в деревне. Я не был там почти десять лет, поэтому решил съездить, разобрать вещи и выставить его на продажу. Дом встретил меня запахом сырого дерева, пыли и остывшей печи. Всё было почти так же, как в детстве. Только часы на стене остановились на половине третьего, а в углу кухни почему-то лежала свежая горсть ржаных зёрен. Я решил, что мыши растащили бабушкины запасы. Вечером зашла соседка, тётя Валя. Увидев зёрна, она побледнела. — Ты их не трогал? — Да выброшу сейчас...

Андрей жил один уже третий год. Не то чтобы ему нравилось — просто так получилось. Жена ушла, забрав сына. Друзья постепенно растворились — кто переехал, кто женился, кто просто перестал звонить. И Андрей остался в их старой двушке на окраине, с видом на пустырь и старую котельную, которая гудела по ночам, как огромная уставшая собака. Он не грустил. Точнее, старался не грустить. Завёл себе ритуалы — маленькие, тёплые, которые держали его на плаву. Каждый вечер, ровно в девять, он заваривал чай. Не пакетик — нормальный, листовой, с бергамотом...

Девчата, если вы живете одни, пожалуйста, прочитайте это до конца. И, возможно, после прочтения вы захотите проверить свои шкафы. Я всегда считала себя скептиком. Не верю в призраков, в приметы, в «плохую энергию». Но то, что произошло со мной за последние три дня, заставило меня спать с включенным светом и ножом под подушкой. Всё началось с безобидной покупки. Я решила сделать себе подарок на день рождения и заказала «умную колонку». Ну, вы знаете: музыку послушать, погоду узнать, будильник поставить...

Усадьба стояла на холме уже лет двести, возможно дольше. Местные называли её просто — Дом. Без имени хозяина, без его фамилии. Как будто она была здесь всегда, как дерево или камень. И никто не помнил, кто её построил. Говорили — какой-то богатый купец в начале девятнадцатого века. Говорили — он сошёл с ума. Говорили — он исчез. Антон приехал в ноябре, когда деревья стояли голые, а туман не уходил даже днём. Он был реставратором — прислали из области оценить состояние здания. Усадьба числилась памятником архитектуры, но денег на реставрацию не было, и её просто законсервировали...