Не сидится

Прошлым летом стоял на смотровой площадке где-то в горах и наблюдал странную картину: человек тридцать выстроились в очередь, чтобы по очереди встать на один конкретный камень, ровно в одной и той же позе, и сделать ровно один и тот же кадр — рука вытянута к горизонту, взгляд вдаль, закат за спиной. Соседний камень, метрах в десяти, с не менее красивым видом, пустовал полностью. Никто даже не смотрел в его сторону. Меня это зацепило настолько, что я потом специально разбирался, откуда берётся это...

Пять лет я проработал в турагентстве, потом ушёл в другую сферу, но привычка объяснять друзьям, куда уходят их деньги при покупке тура, осталась. Меня регулярно спрашивают одно и то же: «А турагент сильно накручивает?» Обычно отвечаю коротко — не так сильно, как вы думаете, но не так, как хотелось бы вам думать. Решил разобрать это на конкретном примере — своей же путёвке, которую покупал этим летом на себя и жену. Тур в Турцию, отель 5 звёзд, всё включено, семь ночей, перелёт из Москвы туда-обратно, трансфер, страховка...

В двенадцати километрах от побережья графства Суффолк, там, где Северное море особенно неприветливо к путешественникам, торчит из воды ржавая металлическая платформа на двух бетонных опорах. Формально это остаток военного укрепления времён Второй мировой. Неформально — вот уже почти шестьдесят лет это отдельное государство со своей конституцией, гимном, паспортами и королевской семьёй. Называется оно Силенд, и его история настолько абсурдна, что кажется выдумкой — если бы не документальные подтверждения каждого поворота сюжета...

Я прилетела в Москву на три дня — просто погулять, походить по музеям, встретиться со старыми знакомыми по универу. Один из них, Димка, с которым мы вместе четыре года сидели за одной партой на журфаке, написал мне утром: «Слушай, а хочешь, покажу, где работаю? Тебе понравится, обещаю». Оказалось, «где работаю» — это офис на семидесятом этаже одной из башен Москва-Сити. Встретились у подножия башни — задрала голову, шея заболела раньше, чем я нашла глазами верхушку. Димка, увидев моё лицо, усмехнулся: — Готовься, сейчас будет фокус с ушами...

Первый прыжок с парашютом я помню лучше, чем собственную свадьбу — не потому что свадьба была плохой, а потому что тот момент, когда ты стоишь в проёме самолёта на высоте восемьсот метров, а инструктор хлопает по плечу и кричит «пошёл!», выжигается в памяти иначе, чем всё остальное в жизни. Пять лет службы в воздушно-десантных войсках дали мне десятки таких моментов. И я ушёл — до всех известных событий последних лет, по собственному решению, никем не подгоняемый. Расскажу, почему. Срочку я отслужил...