Не сидится

Уймонская долина лежит в самом сердце Горного Алтая, окружённая хребтами, где снег не тает даже в июле. Здесь, на берегу Катуни, на высоте почти тысячи метров над уровнем моря, находится Верх-Уймон — первое русское село в этих местах, основанное старообрядцами в конце XVIII века. До ближайшего районного центра — двенадцать километров грунтовой дороги. До Горно-Алтайска — четыре часа езды. До той жизни, от которой сюда бежали триста лет назад, — целая эпоха. Сюда иногда приезжают журналисты, этнографы и туристы с фотоаппаратами...

Появилось желание поделиться мыслями после 3 лет проживания в СПБ. Переехал я из провинциального города Пенза, который похож на многие другие (население 500 тысяч человек, рейтинг заработных плат от 35 места и ниже по РФ, классический "депрессивный" регион, где существует отток населения в миллионники, по большей части это молодеж). Вводные данные перед переездом: 2022 год, семья из 3 человек (ребенку 4 года). Проживаем в г.Пенза с рождения. Глава семейства, то есть я, имеет хорошую по местным меркам...

Развод — это такая штука, после которой тебе нужно куда-то деваться. Не в смысле уйти из дома, хотя и это тоже. В смысле — куда-то деть себя, свою голову, свои руки. Мне было тридцать, деньги кончались, квартиру снимать в одного оказалось накладно, а сидеть в Воронеже и смотреть, как бывшая жена постит фотографии счастливой жизни в соцсетях — этого я себе позволить не мог. Знакомый кинул ссылку: вахта на рыбзаводе, Камчатка, два месяца, жильё и питание включены. Я посмотрел на карту, прочитал, что до ближайшего материкового города — восемь часов самолётом, и подумал: вот оно...

Российский турист 2026 года — это человек в состоянии тихого растерянного выбора. Привычные маршруты либо подорожали до неприличия, либо закрылись сами, либо закрылись так, что оттуда пришлось эвакуироваться в спешке. Туристический рынок перекраивается прямо на глазах, и те, кто привык ездить по накатанной — в Дубай, в Паттайю, «на всё включено» в Анталью — обнаруживают, что старые маршруты больше не работают. Разбираемся, что происходит с популярными направлениями и куда сегодня реально поехать дешевле Сочи, не рискуя ни деньгами, ни нервами...

Разберем на примере отдельно взятого поселения Агалатово кое-какие закономерности Всеволожского района – ближайшего к Санкт-Петербургу района Ленинградской области, охватывающего мегаполис полукольцом с востока и севера. Это неплохой вариант для тех, кто хотел бы работать в Питере и пользоваться цивилизационными благами второй столицы, но не имеет достаточных средств для покупки квартиры непосредственно в СПб или в пригородах, административно относящихся к СПб.  Агалатово же относится ко Всеволожскому...

Когда Катя позвонила и сказала, что они с Димой думают переехать в Петербург — я обрадовался, как ребёнок. Всё-таки пятнадцать лет я живу здесь один, без близких, а тут — двоюродная сестра, почти родной человек. Дима получил предложение от компании, условия хорошие, решили сначала пожить, приглядеться. Я помог найти квартиру в Московском районе — не центр, но приличный район, метро рядом, всё как надо. — Понравится, — сказал я уверенно. Не понравилось. Но обо всём по порядку. Я приехал в Петербург в двадцать три года, сразу после университета...

Меньше 20-ти лет назад село Вятское в Ярославской области ничем не отличалось от тысяч других умирающих российских деревень. Покосившиеся избы, разрушенные купеческие особняки без окон и крыш, церковь без куполов, грязь, отсутствие работы и перспектив. Молодёжь уезжала. Оставались только пенсионеры, доживающие свой век среди руин. Сегодня Вятское – один из самых красивых туристических центров России. Яркие отреставрированные дома, чистые улицы, 15 музеев, гостиница, рестораны, фестивали. Сюда приезжают 300 тысяч туристов в год...

Когда я говорю людям, что два года проработала стрелочником на Байкало-Амурской магистрали, они смотрят на меня примерно одинаково. Сначала — пауза. Потом — «это где вообще?». Потом, если собеседник эрудированный: «Подожди, там же медведи». Да. Там медведи. Но это далеко не самое интересное. Коротко: случайно. Длинно — через подругу, которая уехала туда за мужем, потом прислала голосовое сообщение на двенадцать минут о том, как там странно и хорошо одновременно, и закончила его фразой: «Тут берут стрелочников, зарплата нормальная, жильё дают»...

Есть такой момент в каждом египетском туре, когда тебя собирают в холле и начинают воспитывать. Стоит человек с планшетом, говорит медленно, с расстановкой, как будто объясняет правила дорожного движения пятилетнему ребёнку. — Самостоятельно — никуда. Местные — обманут. Рынок — опасно. Торговцы — жулики. Вода из-под крана — смерть. Я всё это слушала, кивала и думала одну мысль: человек, который хочет продать мне экскурсию, объективным источником информации не является. Это примерно как спрашивать у продавца шуб, нужна ли тебе шуба...

Давайте сразу расставим все точки над i: Димитровград - это не Москва и не Казань. Здесь нет сумасшедшего ритма жизни, блеска ночных огней и того бесконечного выбора возможностей, который предлагают мегаполисы. Но именно в этом, как ни парадоксально, и может скрываться его главная сила. Это город-антипод, город-убежище для тех, кто ищет не карьерной гонки, а баланса, спокойствия и разумной экономии без потери качества жизни. Для начала краткий портрет для тех, кто никогда о нем не слышал. Димитровград, второй по значимости город в Ульяновской области, часто называют «атомной столицей» России...

Марина работала со мной в одном турагентстве лет пять назад. Яркая, весёлая, всегда с идеальным маникюром и в платьях с разрезами. Потом уволилась, уехала в Анталью работать гидом. Из соцсетей я следила за её жизнью: море, солнце, экскурсии, улыбки. Год назад в её профиле появились фотографии со свадьбы. Красивый загорелый жених, белое платье, счастливые глаза. Подпись: «Выхожу замуж и остаюсь в Турции навсегда. Я дома». Через год – новый пост: «Я в Челябинске. У мамы. Больше никогда не вернусь в эту страну»...

Двадцатиоднолетняя студентка Наташа Соколова из Ижевска позвонила родителям и сообщила новость: «Я влюбилась. Мы учимся вместе. Он из Нигерии, его зовут Джейкоб». На том конце провода повисла тишина. Потом бабушка осторожно спросила: «А какой цвет кожи у его родителей?» – видимо, решив, что это прозвучит деликатнее, чем прямой вопрос. Затем попросила показать фотографии жениха. «Одни глаза только и видно», – уточнила бабушка. Посмотрели. Помолчали. Смирились. Через год Наташа вышла замуж, переехала в Нигерию и узнала, что её муж – принц...