Немакулатура

Возвращение к миру букв В старших классах школы я посмотрела "Секс в большом городе". В моей жизни тогда появился сериал, который я точно еще пересмотрю, а также появился образ "Кэрри пишет". И уже маленькая я, представляла свои 25-30-35 лет в окне, за ноутбуком, жонглирующую словами и мыслями в очередной истории для журнала или блога. Но жизнь не всегда похожа на любимый сериал. И все мои попытки вести блог - были тщетны. Хотя, почему-бы и не попробовать ещё раз. Все задуманное и надуманное хочу складывать в простыни текста и оставлять здесь. Тем более доченька скоро пойдет в садик, а у мамы снова появится время на книги. Поэтому околокнижному контенту тоже быть. И может быть не просто так в моей голове все еще дивет образ той девушки в окне, с ноутбуком. Вдруг это все-таки буду я, а не очередной кадр из любимого сериала.

Как только нейросеть не издевалась над Гарри Поттером и его друзьями. Еще один вариант фантазии:нейросеть Midjourney показала, как бы выглядели герои франшизы про Гарри Поттера, если бы они были моделями французского дома моды Balenciaga. Как вам стильный Дамблдор, помолодевший Хагрид и серьги в ушах у Добби?)

«...С первого дня такой работы Анна не может поверить в свое счастье. Робко просит Гумилева впустить ее на занятие его семинара «Звучащая раковина». Николай Степанович, спросив, она откуда, и услышав, что недавно из Крыма, с восторгом рассказывает, как ездил только что в Севастополь в личном салоне-вагоне командующего Черноморским флотом Немитца. — Хрусталь! Необычайная посуда! Бесчисленные бутылки вина! И восторженный прием в Севастополе! Колбасьева оттуда привез! — кивает на молодого, непоэтического вида юнца. — Мичмана. — Бывшего! — уточняет молоденький Колбасьев. Гумилев почти шепотом, как секретом только для нее, добавляет: — Чудовищно талантлив! Анна вежливо кивает. Возбуждение Гумилева так далеко от ее ощущения Крыма, мичманов, матросов, Севастополя и не раз слышанной при иных обстоятельствах фамилии комфлотом Немитца, что в упоении Дома искусств даже думать об этом не хочется. — А зовут вас как? — Анна. — «Об Анне, пленительной, сладостной Анне / Я долгие ночи мечтаю без сна. / Прелестных прелестней, желанных желанней Она!» И знает, что не ей адресовано, что у Николая Степановича и молодая жена Аня Энгельгардт, и первая жена сама Ахматова — обе Анны, а зарделась, смущена, как теперь румянец скрыть. — У нас Мандельштам зимой из Крыма приехал! С сытого юга в наш голод и холод! Анна хочет сказать про «сытость юга», но молчит. Говорить при таких поэтах не решается. Чувствует себя юной девочкой в «Бродячей собаке» в 1913-м, внимавшей Гумилеву издалека. — Можете себе представить! Осип явился к Георгию Иванову на Каменноостровский. Едва не свел того с ума! Жорж думал, с обыском пришли. Мечется по комнатам, рвет письма из Парижа. А это — извольте радоваться! — наш Мандельштам из Крыма! На вопрос, в порядке ли у него документы, показывает удостоверение личности, выданное Феодосийским полицейским управлением на имя сына петроградского фабриканта Осипа Мандельштама, освобожденного по состоянию здоровья от призыва в Белую армию. Николай Степанович хохочет. Анна не думала, что великие поэты могут так запросто и так громко хохотать. — Можете себе представить выражение лица Жоржа! Велел Осипу быстро разорвать в мелкие клочья сей документ, пока не оказался на Гороховой. А у вас с документами как? С документами у них с девочками все в порядке. Вместе с ордером на поселение комиссар Елизаров и документы принес. Где ни слова про их дворянское прошлое не значится. В нужной строке вписано «совслужащая». Гумилев ведет свои семинары в ДИСКе с самого основания осенью девятнадцатого, но жить переезжает только сейчас. В бывшую елисеевскую баню из двух комнат с потолком, расписанным золочеными амурами. — Теперь у меня свой банный кабинет! Хожу по мраморному полу как древний римлянин, завернувшись в простыню! И не нужно каждый вечер на Преображенскую возвращаться. Николай Степанович садится за стол, ставит перед собой массивный портсигар черепахового панциря и во время чтения стихов отбивает ритм ногтями. Анна, допущенная до занятий вместе с его студентами, в ужасе от их невероятной юности и собственной старости — тридцать второй год пошел! Но все исчезает, все растворяется, и она вся в плену завораживающего ритма. Вся! Слушатели семинара расходятся. Весело и бурно. С шутками, кучей-малой на все еще начищенном елисеевском паркете. Анна с изумлением разглядывает золоченую лепнину и виньетки на стенах. Кто-то дергает ее за рукав. — Безвкусица оглушительная! Мы уже привыкли! — тоненькая молодая девушка протягивает руку. — Я Муся Алонкина. Вы новый секретарь журнала? Отлично! Жилье нужно? Из свободных комнат только та, что от Мандельштама осталась, но кто знает, когда Осип вернется, и протопить ее никакой возможности нет, Осип с буржуйкой намучился. — Жилье не нужно... Наверное, не нужно, — бормочет Анна, не зная, что лучше, оставаться у Елизаровых и стеснять их или занимать комнату самого Мандельштама и стеснить его. — Хорошо, что не нужно. Чудовищная комната! Идемте, идемте. Здесь столовая — два раза в неделю по осьмушке хлеба. Карточки выдам. ...»

Алексей Иванов "Бронепароходы" (читает Сергей Бурунов) Очень резонансный на рецензии роман, кто-то откладывает после первых ста страниц, другие же читают с упоением этот кирпичик в 700 страниц не отрываясь. В виде аудиокниги роман занимает 28 часов и 30 минут, прочитан замечательно и за это огромное спасибо чтецу! «…В краснокирпичных мастерских на дамбе звенели молотки кузнецов. Над водой, над судами и над вербами носились и верещали стрижи. Жизнь тихо текла сквозь проклятый богом восемнадцатый год…» Гражданская война 1918 года, реки Кама и Волга; корабли, теплоходы, буксиры и лайнеры - с началом войны все судна, которые еще недавно перевозили туристов и отдыхающих, превратились в бронепароходы с пушками и пулеметами. Основные сражения в романе проходят на воде, а на борту небольших речных суден разворачиваются человеческие драмы. Война, в которой все воюют против всех, и люди, и технологии, и капиталы. В кровавой и огненной круговерти речники оказывались то красными, то белыми. Их принуждали стрелять в товарищей по главному делу жизни, принуждали топить пароходы - славу и гордость речного флота. Но всё же в книге красной нитью проходит идея борьбы не "красных" и "белых", а борьба прогресса и разума с дьявольским чувством наживы и человеческим эгоизмом. В романе много сюжетных линий, огромное количество героев, которое сперва пугает. Но в дальнейшем сюжет выстраивается в более менее ровную и понятную линию, герои запоминаются и выбираются те, кому рано или поздно начинаешь симпатизировать и наоборот. Мудрый и спокойный Нерехтин, который в самом начале казался второстепенным героем; Катя Якутова и ее первая любовь; азербайджанец Хамзат Хадиевич, профессиональный убийца, который проникается всем сердцем к мальчику, мечтающему строить корабли; все они словно на стороне души, развития и светлого будущего. Их судьбы неожиданным образом переплетаются, и все они окажутся на одном корабле. Им противостоит хитрый Роман Горецкий, который тоже не с самого начала показывает свое истинное лицо. Вор и лжец, который готов идти по головам и убивать, лишь бы его секрет остался лишь его тайной. (и это лишь одна из сюжетных линий романа - основная) Во всей этой истории спасения мельтешат люди. Пугливые и жалкие матросы, смелые летчики и дерзкие женщины, жулики, ученые, нефтяники, убийцы и воры. Автор забирает нас в настоящий водоворот людей, событий, перестрелок и драм, раскрывая развязку всего романа лишь в последней главе. Я не профессиональный литератор, и я читаю ради эмоций. А стадо мурашек, которые не оставляли меня в процессе прослушивания, думаю, являются хорошим показателем того, что эмоции были. И эмоций было много! Советую! Особенно тем, кому давно не хватало хороших историй.