Немакулатура

Возвращение к миру букв В старших классах школы я посмотрела "Секс в большом городе". В моей жизни тогда появился сериал, который я точно еще пересмотрю, а также появился образ "Кэрри пишет". И уже маленькая я, представляла свои 25-30-35 лет в окне, за ноутбуком, жонглирующую словами и мыслями в очередной истории для журнала или блога. Но жизнь не всегда похожа на любимый сериал. И все мои попытки вести блог - были тщетны. Хотя, почему-бы и не попробовать ещё раз. Все задуманное и надуманное хочу складывать в простыни текста и оставлять здесь. Тем более доченька скоро пойдет в садик, а у мамы снова появится время на книги. Поэтому околокнижному контенту тоже быть. И может быть не просто так в моей голове все еще дивет образ той девушки в окне, с ноутбуком. Вдруг это все-таки буду я, а не очередной кадр из любимого сериала.

Как только нейросеть не издевалась над Гарри Поттером и его друзьями. Еще один вариант фантазии:нейросеть Midjourney показала, как бы выглядели герои франшизы про Гарри Поттера, если бы они были моделями французского дома моды Balenciaga. Как вам стильный Дамблдор, помолодевший Хагрид и серьги в ушах у Добби?)

«...С первого дня такой работы Анна не может поверить в свое счастье. Робко просит Гумилева впустить ее на занятие его семинара «Звучащая раковина». Николай Степанович, спросив, она откуда, и услышав, что недавно из Крыма, с восторгом рассказывает, как ездил только что в Севастополь в личном салоне-вагоне командующего Черноморским флотом Немитца. — Хрусталь! Необычайная посуда! Бесчисленные бутылки вина! И восторженный прием в Севастополе! Колбасьева оттуда привез! — кивает на молодого, непоэтического вида юнца. — Мичмана. — Бывшего! — уточняет молоденький Колбасьев. Гумилев почти шепотом, как секретом только для нее, добавляет: — Чудовищно талантлив! Анна вежливо кивает. Возбуждение Гумилева так далеко от ее ощущения Крыма, мичманов, матросов, Севастополя и не раз слышанной при иных обстоятельствах фамилии комфлотом Немитца, что в упоении Дома искусств даже думать об этом не хочется. — А зовут вас как? — Анна. — «Об Анне, пленительной, сладостной Анне / Я долгие ночи мечтаю без сна. / Прелестных прелестней, желанных желанней Она!» И знает, что не ей адресовано, что у Николая Степановича и молодая жена Аня Энгельгардт, и первая жена сама Ахматова — обе Анны, а зарделась, смущена, как теперь румянец скрыть. — У нас Мандельштам зимой из Крыма приехал! С сытого юга в наш голод и холод! Анна хочет сказать про «сытость юга», но молчит. Говорить при таких поэтах не решается. Чувствует себя юной девочкой в «Бродячей собаке» в 1913-м, внимавшей Гумилеву издалека. — Можете себе представить! Осип явился к Георгию Иванову на Каменноостровский. Едва не свел того с ума! Жорж думал, с обыском пришли. Мечется по комнатам, рвет письма из Парижа. А это — извольте радоваться! — наш Мандельштам из Крыма! На вопрос, в порядке ли у него документы, показывает удостоверение личности, выданное Феодосийским полицейским управлением на имя сына петроградского фабриканта Осипа Мандельштама, освобожденного по состоянию здоровья от призыва в Белую армию. Николай Степанович хохочет. Анна не думала, что великие поэты могут так запросто и так громко хохотать. — Можете себе представить выражение лица Жоржа! Велел Осипу быстро разорвать в мелкие клочья сей документ, пока не оказался на Гороховой. А у вас с документами как? С документами у них с девочками все в порядке. Вместе с ордером на поселение комиссар Елизаров и документы принес. Где ни слова про их дворянское прошлое не значится. В нужной строке вписано «совслужащая». Гумилев ведет свои семинары в ДИСКе с самого основания осенью девятнадцатого, но жить переезжает только сейчас. В бывшую елисеевскую баню из двух комнат с потолком, расписанным золочеными амурами. — Теперь у меня свой банный кабинет! Хожу по мраморному полу как древний римлянин, завернувшись в простыню! И не нужно каждый вечер на Преображенскую возвращаться. Николай Степанович садится за стол, ставит перед собой массивный портсигар черепахового панциря и во время чтения стихов отбивает ритм ногтями. Анна, допущенная до занятий вместе с его студентами, в ужасе от их невероятной юности и собственной старости — тридцать второй год пошел! Но все исчезает, все растворяется, и она вся в плену завораживающего ритма. Вся! Слушатели семинара расходятся. Весело и бурно. С шутками, кучей-малой на все еще начищенном елисеевском паркете. Анна с изумлением разглядывает золоченую лепнину и виньетки на стенах. Кто-то дергает ее за рукав. — Безвкусица оглушительная! Мы уже привыкли! — тоненькая молодая девушка протягивает руку. — Я Муся Алонкина. Вы новый секретарь журнала? Отлично! Жилье нужно? Из свободных комнат только та, что от Мандельштама осталась, но кто знает, когда Осип вернется, и протопить ее никакой возможности нет, Осип с буржуйкой намучился. — Жилье не нужно... Наверное, не нужно, — бормочет Анна, не зная, что лучше, оставаться у Елизаровых и стеснять их или занимать комнату самого Мандельштама и стеснить его. — Хорошо, что не нужно. Чудовищная комната! Идемте, идемте. Здесь столовая — два раза в неделю по осьмушке хлеба. Карточки выдам. ...»

Алексей Иванов "Бронепароходы" (читает Сергей Бурунов) Очень резонансный на рецензии роман, кто-то откладывает после первых ста страниц, другие же читают с упоением этот кирпичик в 700 страниц не отрываясь. В виде аудиокниги роман занимает 28 часов и 30 минут, прочитан замечательно и за это огромное спасибо чтецу! «…В краснокирпичных мастерских на дамбе звенели молотки кузнецов. Над водой, над судами и над вербами носились и верещали стрижи. Жизнь тихо текла сквозь проклятый богом восемнадцатый год…» Гражданская война 1918 года, реки Кама и Волга; корабли, теплоходы, буксиры и лайнеры - с началом войны все судна, которые еще недавно перевозили туристов и отдыхающих, превратились в бронепароходы с пушками и пулеметами. Основные сражения в романе проходят на воде, а на борту небольших речных суден разворачиваются человеческие драмы. Война, в которой все воюют против всех, и люди, и технологии, и капиталы. В кровавой и огненной круговерти речники оказывались то красными, то белыми. Их принуждали стрелять в товарищей по главному делу жизни, принуждали топить пароходы - славу и гордость речного флота. Но всё же в книге красной нитью проходит идея борьбы не "красных" и "белых", а борьба прогресса и разума с дьявольским чувством наживы и человеческим эгоизмом. В романе много сюжетных линий, огромное количество героев, которое сперва пугает. Но в дальнейшем сюжет выстраивается в более менее ровную и понятную линию, герои запоминаются и выбираются те, кому рано или поздно начинаешь симпатизировать и наоборот. Мудрый и спокойный Нерехтин, который в самом начале казался второстепенным героем; Катя Якутова и ее первая любовь; азербайджанец Хамзат Хадиевич, профессиональный убийца, который проникается всем сердцем к мальчику, мечтающему строить корабли; все они словно на стороне души, развития и светлого будущего. Их судьбы неожиданным образом переплетаются, и все они окажутся на одном корабле. Им противостоит хитрый Роман Горецкий, который тоже не с самого начала показывает свое истинное лицо. Вор и лжец, который готов идти по головам и убивать, лишь бы его секрет остался лишь его тайной. (и это лишь одна из сюжетных линий романа - основная) Во всей этой истории спасения мельтешат люди. Пугливые и жалкие матросы, смелые летчики и дерзкие женщины, жулики, ученые, нефтяники, убийцы и воры. Автор забирает нас в настоящий водоворот людей, событий, перестрелок и драм, раскрывая развязку всего романа лишь в последней главе. Я не профессиональный литератор, и я читаю ради эмоций. А стадо мурашек, которые не оставляли меня в процессе прослушивания, думаю, являются хорошим показателем того, что эмоции были. И эмоций было много! Советую! Особенно тем, кому давно не хватало хороших историй.

Новый роман в цикле «Приключения Эраста Фандорина» Борис Акунин рассказал в своем телеграм-канале, что во время болезни, когда долго был простужен и сидел дома, написал новую книгу из цикла «Приключения Эраста Фандорина». В продажу книга может поступить уже в этом году. Название писатель пока решил не разглашать, лишь поделился тем, что сюжет новой книги сфокусируется не на самом Фандорине, а на его друге Масахиро Сибате. Пока последняя книга цикла — «Не прощаюсь», 16-я в серии «Новый детектив». Она вышла с подзаголовком «Приключения Эраста Фандорина в XX веке. Часть вторая». Недавно вышла экранизация книги Бориса Акунина «Фандорин. Азазель», первой из цикла о сыщике Эрасте Петровиче Фандорине. Вместо городовых улицы охраняют роботы. Один из них зафиксировал самоубийство миллионера в Петрограде. Фандорин начинает расследование. Вы знакомы с циклом? Расследовали убийства на пару с Фандориным? Смотрите ли сериал?

«...Я уже несколько дней думаю о последних абзацах твоего письма, о том, что "проблема системная". Я помню, мы согласились, что цивилизация сейчас в упадке и зловещее уродство - главная визуальная черта современной жизни. Уродливы машины, уродливы здания, невыразимо уродливы одноразовые продукты массового производства. Мы дышим токсичным воздухом, пьем воду, отравленную микропластиком, а еда пропитана канцерогенными соединениями тефлона. Качество нашей жизни снижается, а вместе с ним - качество доступных нам эстетических впечатлений. Современные романы (за редким исключением) - пустышки, мейнстримное кино - кошмарное порно для семейного просмотра, спонсируемое автоконцернами и Министерство обороны США, а изобразительное искусство - барахолка для олигархов. В этих обстоятельствах трудно не думать, что современный уклад уступает старому образу жизни, который представляется более более значительным, глубже связанным с человеческой сутью. Этот ностальгический импульс, конечно, очень силен, и в последнее время успешно эксплуатируется реакционными и фашиствующими политиками, но я сомневаюсь, что из этого следует, будто сам импульс по сути своей фашистский. Я думаю, люди небезосновательно с тоской оглядываются назад, на то время, когда природа еще не умирала, когда общая культура еще не деградировала до масс-маркетинга, а города и поселки не превратились в безымянные биржи труда. Я знаю, что у тебя ощущение, будто мир утратил красоту после распада Советского Союза. (Кстати, интересно, что это событие почти совпало с твоим рождением. Может, отчасти поэтому ты чувствуешь столько общего с Иисусом, который тоже, полагаю, считал себя предвестником апокалипсиса.) Но не охватывает ты тебя порой разбавленная, персонализированная версия этого ощущения - будто твоя собственная жизнь, твой собственный мир медленно, но ощутимо становится все более уродливым? Или даже чувство, что, хотя раньше ты старалась шагать в ногу с культурным дискурсом, ты больше в него не попадаешь и словно выкинута из мира идей, отрезана от него, интеллектуально бездомна? Может дело в текущем историческом моменте, а может, мы просто повзрослели и растеряли иллюзии, и так всегда и со всеми бывает. Порой, я оглядываюсь на то, какими мы были, когда только познакомились, и мне кажется, что мы почти во всем были правы, и только насчет себя заблуждались. Идеи были верными, а ошибка заключалась в том, что мы думали, будто что-то значим. Что ж, из нас обеих выбили эту глупость, хотя и разными способами: из меня - тем, что я не добилась ничего за десять с лишним лет взрослой жизни, а из тебя (прости) тем, что, добившись всего на свете, ты нисколько не повлияла на бесперебойное функционирование капиталистической системы. В юности мы думали, будто мы в ответе за всю землю и всех живущих на ней. А теперь довольствуемся тем, что стараемся не подводить своих близких, использовать поменьше пластика, а в твоем случае еще и писать интересную книгу раз в несколько лет. И на этом фронте пока что все хорошо. Ты же пишешь новую, да? Я все еще думаю о себе, как о человеке, заинтересованном в красоте, но я бы никогда так себя не охарактеризовала (разве что в этом письме), потому что, услышав такое, люди решили бы, что я увлечена косметикой. По-моему, именно ее сейчас в первую очередь ассоциируют со словом «красота». И очень симптоматично, что «красота» стала обозначать нечто до боли уродливое - пластиковые прилавки в дорогих универмагах, аптечные скидки, химическую парфюмерию, наращивание ресниц, баночки с «продуктами». Я только что задумалась над этим, и, по-моему, индустрия красоты в ответе за самые чудовищные визуальные уродства, которые нас окружают, и за худший, самый ложный эстетический идеал, все еще навязываемый консюмеризмом. У всех его вариантов и трендов в основе одно и то же - принцип «тратьте больше». Чтобы открыться серьезному эстетическому опыту, вероятно, надо в первую очередь полностью отринуть тот идеал, нужен массовый отказ от него, что поначалу может выглядеть как торжество уродства, но все же намного лучше, и, в сущности, «красивее»...»

На днях дочитала книгу Азар Нафиси «Читая «Лолиту» в Тегеране». Я никогда не была сильна в истории и политике, о революции и войне в Иране я ничего толком не знала. Но книга заставила нырнуть в эту историю глубже текста, посмотреть документальные фильмы, чтобы понять и прочувствовать, что испытывала каждая из героинь романа. Эта книга про жизнь Ирана во время и после Исламской революции 1979 года, про судьбы и жизнь жителей этой страны. Про то, как преподаватель литературы ушла из универсума и решила собирать у себя дома преданных ей и увлеченных учениц для литературных занятий. Некий «книжный клуб», изучая и обсуждая с ними запрещенные в Иране произведения Владимира Набокова, Скотта Фицджеральда, Генри Джеймса, Джейн Остин и других. Но литературные рассуждения и анализ произведений в книге тесно переплетены с событиями жизни тех людей: много боли, трагедии, но в то же время повседневные дела и вспышки воспоминаний о каких-то повседневных радостях жизни и общении. Любовь и тяга к запрещенной литературе была их частной маленькой революцией. Больше всего мне запомнилось, как автор описывает ночные бомбежки. Она брала книгу и шла под дверь детской комнаты. Мир литературы помогал ей спрятаться от мира реального, укрыться, не слышать взрывов и таким образом сберечь себя. В один миг мне показалось, что главный герой этого романа вовсе не сама автор, и не ее девушки. А право на свободу воображения, право, которое не отнять никакими законами. Несмотря на то, что книга написана в 2003 году, нахожу неслучайным, что перевели и напечатали ее в России именно в 2022. Совпадение? Читали? Поделитесь впечатлениями🕊️