Навигатор в мире чувств

Я проснулась от тихого шороха — он рылся в моих документах. Шесть утра. Первое утро после свадьбы. А он сидит за столом на моей кухне в трусах и майке и перебирает папку, которую я всегда держу в верхнем ящике комода. Такая зеленая папка на резинке. Там свидетельство о праве собственности на квартиру. Полис. Завещание. Копия паспорта дочери. Я лежала и смотрела на его спину через дверной проем. И вместо «с добрым утром, дорогой» в голове билось: «Зачем он туда полез?» (Наверное, с этого и надо было начать...

Три с половиной года я меняла бабушке подгузники. Каждый божий день. Без выходных и праздников — когда ей было совсем плохо. Приносила судно, мыла, стирала, кормила с ложечки, разговаривала с ней, хотя она уже не всегда понимала, кто я такая. Из всей родни — а родни у нас много, одних двоюродных человек двадцать — к бабушке ходила только я. Ну и мама иногда. Когда могла. У мамы давление, ноги, ей самой непросто. А остальные... Знаете, как это бывает? У Лены — дети. У Серёжи — командировки. У тёти Риты — спина...

Я вообще не должна была туда ехать. Ноябрь, мерзкая слякоть, дачный сезон мы закрыли еще в конце сентября. Воду из труб слили, электричество на щитке я сама лично вырубила, чтобы за зиму ничего не коротнуло. Эта дача — не просто участок с домиком. Это папина гордость. Он сам вагонку прибивал, сам печку клал. Папы не стало три года назад, и для меня это место было чем-то вроде убежища. Я там каждую пылинку берегла. А Паша знал это. Прекрасно знал. Но в садике дочке внезапно дали роль снежинки, и мне срочно понадобилась старая мамина швейная машинка...

Дочь я потеряла в супермаркете у дома. Не по-настоящему. Она стояла в трёх метрах от меня, у стеллажа с йогуртами, и ковырялась в ценнике. Просто я смотрела на неё и не узнавала. Шесть лет. Чёлка криво подстрижена — сама, маникюрными ножницами. Колготки в катышках. И взгляд такой… взрослый. Не детский. Как будто она уже всё поняла, только слов ещё не подобрала. — Мам, а этот творожок можно? А в руках телефон, и там сообщение от Лёши: «Заберу в субботу. И не вздумай опять устраивать цирк». Цирк. Он так это называет...

Сережа сказал это, не отрываясь от телефона. Лениво водил пальцем по экрану, изучая объявления о продаже дисков. Я зашла на кухню, шурша пакетом с продуктами: взяла курицу, рис и «Доширак» по скидке. Лёшка в последнее время полюбил эти быстрые обеды, и я иногда баловала его такой ерундой. Я не ответила. Поставила пакет на стол и начала разбирать. Бедра — в холодильник. Рис — в шкаф, на полку к трем таким же начатым пачкам. Руки делали привычное дело, а в голове крутилось одно: когда? Когда именно все изменилось? Нет, подождите, я не с этого хотела начать...