Наташкины истории

— Ты всегда так делаешь, — сказал Вадим, не отрываясь от телевизора. — Молчишь, молчишь, а потом — взрываешься на пустом месте. Наташа поставила чашку на стол и посмотрела на него. Семь лет. Семь лет она смотрит на этот затылок и думает об одном и том же. Он был красивым. Это слово здесь точное и беспощадное. Высокий, светловолосый, с той особенной мужской небрежностью в движениях, которая либо раздражает, либо притягивает — середины нет. Вадим учился на юридическом, подрабатывал в баре по пятницам и считал себя человеком с принципами...

— Ты куда едешь? — спросила женщина напротив, не отрываясь от вязания. Вера не сразу поняла, что обращаются к ней. Она смотрела в окно электрички на серые марты поля, на прошлогоднюю траву вдоль насыпи, на покосившиеся заборы дачного посёлка. — К папе, — ответила она, не поворачивая головы. — Далеко? — В Климовск. Женщина помолчала. Спицы мелькали равномерно, петля за петлей. — А мама знает? Вера наконец посмотрела на неё. Лет шестьдесят, в сером пальто, в вязаной шапке с помпоном. Обычная бабушка...

— Уберите свою собаку. Она мне на сапог наступила. Зоя произнесла это негромко, но так, что мужчина через проход сразу поднял голову от телефона. Рядом с его ногой сидел рыжий терьер на длинном поводке и смотрел на Зою с видом человека, которого незаслуженно обвинили. — Он не кусается, — сказал мужчина. — Меня не интересует, кусается он или нет. Мне интересует мой сапог. Мужчина смотал поводок, терьер обиженно переместился под сиденье. Зоя поправила сумку на коленях и отвернулась к окну. Ноябрьские поля за стеклом были серые, мокрые, скучные...

— Олег, ты куда? Мы ещё не закончили! — Толик Кочерга потряс бутылкой в воздухе. Олег не ответил. Просто пошёл. Ноги несли сами, привычно — мимо гаражей, через двор, вдоль облетевших тополей. Ноябрь 2017 года. Ему сорок три. Работал кладовщиком на базе стройматериалов. Не пыльно, не жарко. Склад, накладные, погрузчик — всё понятно, всё своё. Там же и начал. Сначала с мужиками по пятницам, потом и по средам — чего ждать-то. Потом и в понедельник грех было не поправиться. Светлана ушла в 2014-м. Забрала Кирилла — сыну тогда было четырнадцать...

— Лёш, ты вообще слушаешь меня? Мать стояла в дверях комнаты, держа в руках полотенце. Алексей поднял глаза от ноутбука. — Слушаю. — Я говорю, что завтра нужно съездить на рынок. У Гришки день рождения в субботу. — Съезжу. Она вышла. Алексей опустил взгляд обратно на экран, но уже ничего не видел. Потому что только что в ленте соцсети появился некролог. Чёрно-белая фотография. Виктор Соколов. 1985–2023. Он смотрел на фотографию долго. Витя на ней был в каком-то пиджаке, с короткой стрижкой, немного располневший...