Наташкины истории

— Где документы? Елена замерла на пороге. Тамара Ивановна стояла у её стола, перебирая бумаги. — Что вы делаете? — Ищу завещание Нины. Где спрятала? Елена опустила сумку. Сорок пять лет, заведующая кардиологией, двадцать два года замужем. Свекровь рылась в её вещах. — Тамара Ивановна, отойдите от стола. — Не отойду! Нина Степановна оставила квартиру тебе, но мы тоже семья! Игорь — мой сын! Я его родила, вырастила, выучила! А теперь вы с ним получаете миллионы и молчите? Елена подошла, забрала папку из рук свекрови...

— Кир, это спортивный костюм Полины! Новый! Дмитрий стоял у открытого шкафа дочери, складывал детские вещи в чёрную спортивную сумку. Костюм с яркими полосками исчез в недрах нейлона вслед за тремя кофтами. — Светлане нужнее. Артём растёт, денег нет. Кира схватила сумку, выдернула костюм обратно. — У Полины тоже денег нет. Потому что ей семь лет. — Не устраивай сцен. Мама права — нельзя быть эгоисткой. Кира распахнула шкаф. Пусто. Три недели назад висело двенадцать вещей. Сейчас четыре. — Где остальное? Дмитрий отвернулся к окну...

— Вика, нам надо серьёзно поговорить про кофейни. Кирилл зашёл в кабинет. Виктория подняла взгляд от квитанций. Муж стоял в дверном проёме с напускной серьёзностью. За три года она научилась распознавать этот тон — обычно следом шла просьба о деньгах. — Слушаю. — Мы с мамой думаем, будет правильно переоформить весь твой бизнес на нас. Для безопасности. Виктория отложила ручку. — Повтори. — Ты меня услышала. Маме тоже так кажется. В комнату вошла Валентина Ивановна. Бывшая учительница литературы, всегда с прямой спиной и сжатыми губами...

— Ты опять позволила ей ночевать на репетициях? Вера продолжала резать огурцы. Нож скользил ровно, хотя пальцы побелели. — Кате пятнадцать, Вера. Пятнадцать. — Генеральный прогон перед премьерой. Игорь налил воду в стакан резким движением. — В мои годы девочек, которые шастали по ночам, называли иначе. Денис в восемь лет знает слово «дисциплина». А твоя дочь... Вера отложила нож. За три месяца лицо Игоря не изменилось — те же углы, тот же тяжёлый взгляд офицера. Только морщины у рта стали глубже...

— Марина, счёт на двадцать три тысячи. Оплати. Светлана поставила кружку на стол. — Не оплачу. — Как это? — Я закрыла общую карту. Кирилл вскочил, телефон упал на диван. — Ты шутишь? — Абсолютно серьёзно. Светлана достала из холодильника йогурт, пакет молока, сыр. Сложила в сумку. — Что делаешь? — Забираю продукты. Кирилл схватил её за руку. — Ты с ума сошла! Они там одни, без денег! — Пусть Нина Павловна платит. Или ты сам. — У меня зарплата тридцать восемь! Квартира — двадцать, коммуналка — пять! — Твои проблемы...

— Завтра идёшь в банк, оформляешь кредит. Три миллиона. На квартиру маме. Елена держала чашку кофе. Игорь смотрел в ноутбук, говорил буднично, как о покупке хлеба. — Почему я? — Моя кредитная история мне нужна. Для бизнеса. А ты всё равно дома, рисуешь. Елена поставила чашку. Тихо, без звука. — У меня контракт с издательством. — Это хобби. Настоящие деньги делаю я. Благодаря мне у нас дом, машины, твоя студия. Это минимум, что ты можешь для моей семьи. Для его семьи. Словно она чужая. — Твоя мама может взять кредит сама...

— Ключи не подходят. Алина повернула ключ второй раз. Третий. Замок не открывался. Она достала телефон, набрала Олега. Сброшено. Набрала ещё раз. — Алло? Голос Кристины. Младшей сестры. — Где Олег? — Здесь. Мы дома. — Какого чёрта происходит? Почему замок не работает? — Потому что я поменяла. Олег теперь живёт со мной. Алина стояла на лестничной площадке с пакетами продуктов. Молоко, хлеб, сыр за 680 рублей. Семга — 920. Всё для ужина. — Открывай дверь. — Не открою. — Кристина, это моя квартира...

— Кира наша всё равно поможет, — голос матери доносился из кухни. Я замерла в коридоре с пакетом продуктов. Ключ ещё торчал в замке. — Она же старшая, — продолжала мать. — Обязана. — А если откажется? — это Алина, моя сестра. — Не откажется. Я знаю, как с ней разговаривать. Пакет выскользнул из рук. Яблоки покатились по полу. Я сняла обувь, подняла продукты и пошла на кухню. Мать с сестрой сидели за столом, перед ними — распечатки банковских документов. — А, Кирочка! — мать вскочила. — Как хорошо, что ты пришла...

— Елена, ты что стоишь? Гости ждут! Вера замерла на пороге гостиной. За столом сидели шестеро незнакомых людей. Валентина Петровна разливала чай из фарфорового сервиза. — Какие гости? — День рождения Аллы Сергеевны! — свекровь махнула рукой. — Иди быстрее, приготовь что-нибудь к столу. Что-то достойное. Вера прошла на кухню. Открыла холодильник. Пусто. Только пакет молока и три яйца. — Валентина Петровна, там ничего нет. — Так купи! — свекровь обернулась с недовольным лицом. — Алла, дай Елене список...

— Собирай вещи. Сегодня. Алина стояла у окна. Роман сидел на диване, смотрел на неё снизу вверх. — Ты серьёзно? — Абсолютно. На столе лежали документы. Бракоразводное заявление. Опись имущества. Справка о том, что квартира куплена на деньги родителей Алины до брака. Роман встал. Подошёл ближе. — Алин, давай обсудим спокойно. — Нет. Она развернулась к окну. Москва зажигала огни. Девять вечера, пятница, март 2018-го. — Куда я пойду на ночь? — Твои проблемы. Четыре месяца назад Ирина Павловна сказала дочери: — Развод подаёшь ты...

— Алин, мама приехала. Денис поставил чемодан в прихожей. За ним вошла Тамара Ивановна с двумя сумками. — Здравствуй, Алина. Трубу прорвало, затопило всю комнату. Ремонт недели две займёт. Алина кивнула. Тамара Ивановна прошла в гостиную, оглядываясь. — Обои бы светлее сделать. И диван заменить. Денис понёс чемодан в комнату. Алина вернулась в кабинет, закрыла дверь. На планшете лежал незаконченный эскиз — дракон с раскрытыми крыльями. До дедлайна четыре дня, а готово только шесть иллюстраций из двенадцати...

— Игорь, зачем тебе документы на мою квартиру? Вера стояла у стола с папкой в руках. Внутри лежал договор купли-продажи. На её квартиру на Цветочной улице. С её подписью. Которую она не ставила. Игорь замер посреди комнаты. Секунда — и он взял себя в руки. — Какие документы? — Вот эти. Договор датирован вчерашним числом. Моя подпись. Только я его не подписывала. Муж попытался улыбнуться. — Вер, это недоразумение. Я просто смотрел варианты... — Варианты продать квартиру бабушки без моего ведома? Голос стал тише...