Судьбы и последствия

В нашей квартире слишком много тишины. Знаете, такой густой, ватной тишины, которую не пробивает даже звук телевизора. Мне 41 год. Мужу 44. Мы вместе двенадцать лет. У нас есть всё: налаженный быт, две кошки, дача в Подмосковье и ежегодные поездки к морю...

Моя исповедь о том: как я стала тенью в собственном доме и почему больше не могу любить мужа. Вчера я полчаса сидела в закрытой ванной и слушала, как за дверью подросток- сын моего мужа от первого брака орет матом в компьютерную игру. А потом он вышел на кухню, швырнул пустую банку из-под энергетика прямо в раковину, хотя мусорное ведро в десяти сантиметрах, и бросил мне через плечо: «Слышь, че пожрать есть? Только не твою мерзкую запеканку». Мне 42 года. У меня два высших образования, руководящая должность и квартира, которую я купила сама, до встречи с Игорем...

Жестко. С нажимом. Прямо в коридоре, пока я стояла в пальто и держала в руках ключи от машины. Салфетка пахла дешевой отдушкой и спиртом. У меня на глазах выступили слезы от боли и унижения. - Куда ты вырядилась? Смой это позорище. Его голос был тихим. Ледяным. Мы собирались на обычное родительское собрание к младшему сыну. Я всего лишь накрасила губы матовой помадой приглушенного ягодного оттенка. И надела юбку. Обычную шерстяную юбку, которая заканчивалась ровно на середине колена. Никакого мини...

В этом доме будет жить только мой ребенок. Без грязи, слюней и этой чертовой шерсти. Илья стоял посреди кухни, скрестив руки на груди. В его голосе не было злости. Хуже. Там была холодная, железобетонная уверенность человека, который считает себя абсолютно правым. На кухонном столе, прямо между нашими чашками с остывающим чаем, лежал белый пластиковый тест. Две яркие, четкие полоски. Мы ждали этого три года. Три года платных клиник, бесконечных анализов, высчитывания дней овуляции и коротких, горьких слез после каждого прихода менструации...

Жирные брызги полетели на свежевыкрашенную стену. Костя стоял у плиты, его спина была напряжена как струна, а пальцы побелели от злости. - Ты когда это мыть собираешься, хозяйка? Его голос аж дрожал от ядовитого сарказма. - Или у бизнес-леди руки отвалятся обычную посуду за собой сполоснуть? Зазвездилась совсем? Я просто стояла в дверях кухни. В дорогом пальто, с сумкой, которую купила себе сама, на первую крупную премию. Внутри все сжалось от мерзкого чувства вины, хотя я не сделала ничего плохого...