Когда молчат близкие

В субботу Нина ждала Виктора с двумя сумками. Он должен был перевезти одежду, книги и тот самый чемодан, который вечно заедал на молнии. Вместо этого во двор въехала «Нива» его дочери, а в кузове стоял кухонный стол. Не столик для завтраков и не складной стол, который можно убрать к стене. Старый, тяжёлый, с вытертой до серого лака столешницей и тёмным ожогом возле дальнего угла. Виктор открыл калитку, оглянулся на машину и сказал: — Только не сердись сразу. Нина стояла на крыльце в домашних тапочках...

Вера гладила Павлу белую рубашку и уже собиралась повесить её на плечики, когда из нагрудного кармана на пол выпал билет. Бумажный, с синей полосой, он скользнул под гладильную доску и остановился у батареи. Вера нагнулась, подцепила его пальцами и сначала увидела только дату. Через четыре дня. — Ты куда-то собирался? — спросила она, когда Павел вошёл в комнату с двумя кружками чая. Он посмотрел на билет, потом на рубашку в её руках. — Это не поездка на выходные. — Я поняла. Поэтому и спрашиваю. Они жили вместе девятый месяц...

Утром Вера обнаружила на кухонном столе два одинаковых конверта. На каждом мама аккуратно написала имя дочери. Вера не стала открывать свой. Она поставила чайник и позвонила сестре. — Лена, ты уже видела? — Что именно? — Мамины конверты. На другом конце повисла пауза. — Я приеду вечером. Мама лежала в дальней комнате и почти не вставала после зимней операции. Вера жила с ней третий месяц: готовила, возила в поликлинику, меняла постельное бельё и записывала в блокнот время таблеток. Лена приезжала по выходным и привозила продукты...

В субботу утром Николай снял общий будильник с тумбочки и положил его в ящик письменного стола. — Зачем? — спросила Ольга. — Он мне больше не нужен. — А мне нужен. — Купи себе новый. Ольга посмотрела на мужа. Через неделю Николай должен был выйти на пенсию после тридцати восьми лет работы на заводе. Она представляла этот день совсем иначе: они будут долго завтракать, поедут на рынок, потом начнут ремонт на балконе. Николай достал из шкафа коробку и переложил туда свои рубашки. — Что ты делаешь? — Освобождаю полку...

Ирина заметила перевод не потому, что проверяла телефон мужа. Телефон лежал на кухонном столе, пока Андрей принимал душ. На экране высветилось уведомление из банка: списание сорока пяти тысяч рублей. В назначении платежа стояло короткое: «А. В. Соколовой». Ирина сначала решила, что это ошибка. Потом увидела дату. Первое число. Ровно месяц назад Андрей переводил такую же сумму. И ещё месяц назад. Ирина вспомнила, как он в начале каждого месяца становился особенно молчаливым: садился вечером с ноутбуком, закрывал таблицу с семейными расходами и говорил, что нужно «разобраться с платежами»...