Михалыч рассказывает

Денис медленно провел большим пальцем по гладкой поверхности бархатной коробочки, спрятанной в кармане вельветовой куртки. В ресторане приглушенно играл саксофон. На столе остывали медальоны из телятины. Инна сидела напротив. Ее длинные пальцы с идеальным маникюром безостановочно листали линейки в телефоне. Экран отбрасывал холодный свет на ее скулы. Девушка изредка поднимала глаза, скользила взглядом по потертому воротнику Дениса и снова утыкалась в переписку. — Инна, отложи телефон на минуту, — мужчина достал коробочку и поставил ее прямо на белоснежную скатерть...

Раскаленный асфальт плавился под шинами, издавая густой запах разогретой смолы. Ксения мерно крутила педали мятного велосипеда, стараясь держаться самого края обочины. Она намеренно свернула на эту объездную трассу. В хлопковом платье, холщовых кедах и соломенной шляпке она ничем не отличалась от сотен дачниц, которые каждые выходные едут в пригород. Никто в этом забытом богом районе не знал её в лицо. И уж тем более никто не догадывался, что эта хрупкая девушка возглавляет областное управление собственной безопасности...

Влажная грязная тряпка с неприятным звуком приземлилась прямо на носки старых, поношенных кед. По свежевыкрашенному покрытию спортивного зала пробежала волна торопливых перешептываний, а затем стало абсолютно тихо. Только старые люминесцентные лампы под высоким потолком издавали монотонное гудение. Множество старшеклассников выстроились плотным кольцом, ожидая развязки. Скрип дорогой подошвы нарушил тишину. — Встала на колени и вытерла! Живо! — голос Глеба Соболева эхом отразился от светлых стен...

Макар сбросил с плеча тяжелую брезентовую сумку на подмерзшую землю. Под подошвами рабочих ботинок глухо хрустнул гравий. Поселок Заречный встречал его промозглым ноябрьским ветром и запахом дыма от печек. Полтора года на буровых вышках севера научили его ценить тишину, но эта тишина во дворе родного дома ему сразу не понравилась. Калитка висела криво, нижняя петля была вывернута с куском гнилой древесины. Макар нахмурился. Его мать, Антонина Васильевна, всегда следила за хозяйством дотошно. У нее даже старые грабли стояли по стойке смирно...

Антон стоял перед огромным зеркалом в просторной спальне и раздраженно поправлял воротник свежей рубашки. Ткань неприятно натирала шею. Из кухни доносился монотонный гул кофемолки и аромат подрумяненного хлеба. Антон бросил взгляд на наручные часы — пора было выезжать в офис, вечером предстоял важнейший прием. Его строительная компания «Строй-Вектор» получала престижную отраслевую премию. Он спустился на первый этаж. Яна сидела за кухонным островом из светлого дерева и перелистывала ленту новостей в телефоне...