Михалыч рассказывает

— Анют, можно тебя? — мама выглянула из кухни, вытирая руки о передник. — Звонила Наташа, они с Димой через полчаса заедут. Анна замерла с близнецами на руках. Годовалые малыши захныкали, почувствовав, как напряглась мать. — Опять? — вырвалось у неё. — Мам, мы же только в воскресенье с ними виделись. Третий раз за неделю! А у нас Маша не спала полночи, и Кирюша температурит. Она перехватила малыша поудобнее, чувствуя его горячий лоб. — Так ненадолго же! — мама взмахнула полотенцем. — Наташа сказала, что у них какие-то новости...

Февральский ветер колотил в стекла, когда Алина качала на руках маленького Кирюшу. Трехмесячный малыш жалобно хныкал, не подозревая, что три недели назад его отец, Максим, ушёл из жизни, в результате несчастного случая на скользкой дороге. Алина всё еще не могла осознать случившееся. Пять лет они были вместе. Год назад родился их долгожданный сын, и казалось, жизнь наконец-то обрела правильное направление. Но Максим так и не оформил развод со Светланой. "Я подам документы в следующем месяце", "Сразу после отпуска займусь этим вопросом" — обещания постоянно откладывались...

Чайник надрывно свистел на плите, а я стояла посреди кухни с телефоном мужа в руках. Олег забыл его на зарядке, убегая на важную встречу с клиентами. Я хотела просто выключить будильник, который он забыл отключить, но экран вдруг мигнул уведомлением: "Пропущенный вызов: Анжела К. - рабочий". Рабочий контакт? Но ведь она же домохозяйка! На прошлой неделе Денис жаловался маме на семейном ужине: "Анжела устроилась на работу, но все равно отказывается вносить свою часть в ипотеку за квартиру ее родителей...

Мятные стены кухни сжимались вокруг меня каждый раз, когда приходила Валентина Сергеевна. Она скользила взглядом по посуде, занавескам, лицу — как будто искала повод для замечания. — Ниночка, ты бы хоть посуду перемыла перед моим приходом, — она провела пальцем по краю стола, разглядывая невидимые разводы. — Женщина создаёт уют, а мужчина его ценит. У меня дрогнула рука с ножом, помидор выскользнул и покатился по столу. Я улыбнулась — натянуто, как делала это все три года нашего брака. — Конечно, мама, — вклинился Костя, хватая губку...

Анна вздрогнула от собственного отражения в окне — бледное лицо, потухший взгляд, тонкая нить морщинки между бровей, которой не было ещё неделю назад. За стеклом октябрь размывал город дождём, превращая дома и деревья в акварельные пятна. Внутри неё тоже шёл дождь — тяжёлый, мутный, беспросветный. Телефон осторожно завибрировал на столе. Мать, в третий раз за день. Беспокоится. «Всё в порядке. Дети у свекрови. Отдыхаю», — набрала Анна, чувствуя, как каждое слово превращается в маленькую ложь. Завтра...