Между Своими

В тот дождливый вечер пятницы мы с моим мужем Игорем просто хотели отдохнуть. Я сутками пропадала в супермаркете, работая старшим кассиром, постоянно выслушивая хамство покупателей и ругань начальства, а Игорь горбатился на складе автозапчастей. Мы платили сумасшедшую ипотеку за нашу скромную «двушку» на самой окраине города, экономили на нормальной одежде, питались по акциям и уже три года не могли позволить себе даже съездить на море. Только мы заказали пиццу, чтобы хоть как-то отметить конец тяжелой рабочей недели, как в дверь настойчиво, прямо кулаком, забарабанили...

Мы с Денисом шли к этой квартире пять долгих, выматывающих лет. Пять лет, Карл! Каждая копейка была на счету, любые спонтанные траты воспринимались как преступление против нашего общего будущего. Мы забыли, что такое нормальные выходные или походы в кафе с друзьями. Мой муж брал дополнительные смены в автосервисе, возвращался домой глубокой ночью, насквозь пропахший машинным маслом и выхлопными газами, молча съедал разогретый ужин и падал спать, чтобы в шесть утра снова лезть под чужие машины. Я,...

— Бабуль, а мама зовёт меня жить к ней. У неё дом большой, и машина, и она говорит, купит мне всё, что захочу. Телефон новый, и одежду, и за границу свозит... Моя внучка, Настя, сказала это вечером, теребя край скатерти. Глаза горели. Пятнадцать лет — возраст, когда так хочется всего и сразу. А у меня внутри всё оборвалось. Меня зовут Галина Петровна, мне шестьдесят. Я нянечка в детском саду — мою полы, кормлю малышей, вытираю носы. Зарплата копеечная. А внучку Настю я ращу с пелёнок. Одна. Пятнадцать лет...

— Вы что, совсем тупая? Это же элементарно! Я не понимаю, как вас вообще держат в вашем возрасте. Это сказала мне Кристина. Моя новая начальница. При всём отделе. Громко, чтобы все слышали. Я молча проглотила. Опять. Меня зовут Тамара Ивановна, мне пятьдесят два. Я главный бухгалтер. Точнее, была главным — двадцать лет проработала в этой фирме, с самого её основания. Я знала тут каждую цифру, каждый договор, каждую щель. Я эту бухгалтерию выстроила с нуля. На мне держался весь учёт, все отчёты, все налоги, все зарплаты...

— Лен, ну ты же сильная. Ты справишься. А я слабенькая, мне так тяжело... Займи ещё немножко, а? Ну ты же сестра. Моя сестра Оксана сказала это, вытирая слёзы. Сидела у меня на кухне, всхлипывала, и просила денег. Опять. И я опять дала. Хотя самой было впритык. Меня зовут Лена, мне сорок девять. Я продавец на рынке — стою за прилавком в любую погоду, зимой коченею, летом жарюсь. Тяжело, но это мой хлеб, я не жалуюсь. А вот сестра моя, Оксана, младше меня на три года, — она жаловалась всю жизнь. И всю жизнь жила за мой счёт...