Между нами, девочки

Записки начались в марте. Первая — аккуратная, почти каллиграфическая: «Уважаемые жильцы, вы топаете с шести утра и мешаете спать». Мы с Серёжей переглянулись. В шесть утра мы спим. Но написали ответ — вежливо, мол, постараемся...

Поезд дёрнулся и медленно покатился вдоль перрона. За окном замелькали серые столбы и грязные сугробы. Я сидела на нижней полке, вцепившись в холодный пластиковый стаканчик с чаем. Плечи как будто бетонной плитой придавило...

В феврале я лежала с температурой 38.2. Одна дома, муж на работе, дети у себя. Голова тяжёлая, в горле — наждачка, на кухне немытые кружки. Я лежала и ждала, что кто-нибудь позвонит. Не чтобы помочь — просто так...

Галя позвонила мне в воскресенье в половине одиннадцатого вечера — это у неё называется «поговорить по-быстрому» — и сказала, что я «зря себя хороню». Что мне 48, я нормально выгляжу, и вообще: зарегистрируйся в Одноклассниках, там мужики, там общение, там жизнь. Я сидела в халате, ела холодную картошку прямо из кастрюли и смотрела сериал на ноутбуке. Жизнь, в общем, и так была. Но Галю я знаю двадцать лет, и когда она говорит «там жизнь» — не перебьёшь. Зарегистрировалась. Первые три дня было даже интересно...

Митя родился в феврале — крикливый, красный, с кулачками как у боксёра. Я плакала в роддоме от умиления, держала его через стеклянное окошко и думала: вот оно. Катя ушла в декрет, я помогала как могла — приезжала, варила, нянчила. Нормально. По-человечески. А в июне она сказала: «Мам, я в сентябре выхожу на работу. Ты же будешь сидеть с Митей?» Не спросила. Сказала «ты же будешь» — с такой интонацией, как говорят о чём-то решённом. Как говорят «автобус в семь, не опаздывай». Я тогда промолчала. Зря...

Одна подруга сказала мне это лет в 42. Просто так, между делом. Я жаловалась, что опять уступила, опять промолчала, опять сделала как все хотят, а не как я. Она говорит: "Ты не добрая. Ты просто удобная." Я обиделась тогда. Недели две ходила с этим словом в голове. А потом поняла, что она права. Удобная — это не оскорбление. Это диагноз. И он лечится. Но сначала надо его увидеть. Вот пять признаков. Проверьте себя. У меня было четыре из них — причём я каждым из них гордилась. Попросили выйти в выходной — ну ладно, люди же просят...

Я уволила девочку прямо на совещании. При всех. Объяснила, спокойно и чётко, что она не справляется, что таких специалистов я могу найти за два дня, и что, если честно, даже два дня — это много. Она собирала вещи, а остальные сидели и смотрели в столы...

Он первый раз пришёл в конце мая. Забор починить, сосед Петрович попросил, говорит. Зашёл — ладно. Стою у окна, смотрю, как чужой мужик тюкает молотком по моим доскам. Думаю: ну и зачем всё это. Мне 51. Деревня Савинское, Костромская область — кто знает, тот поймёт. Работаю медсестрой в фельдшерском пункте, езжу на автобусе в соседнее село. Сын Колька — четырнадцать лет, угрюмый, весь в телефоне. Коза Манька, куры, огород. Бывший Виталек три года назад собрал чемодан и уехал в Кострому — нашёл там себе, говорят, лет на двадцать помоложе...

Пеку пирог. Стараюсь, рецепт новый нашла. Румяный, пышный, с яблоками. Ставлю на стол, жду. Галина Петровна пробует. Жуёт. Улыбается. — Вкусно, Оленька. Но у Леночки тесто понежнее получается. Она там какой-то секретик знает...

Девочки, мне 35 с хвостиком, но я смотрю на вас, тех кому за 40, и понимаю — мы с вами в одной гребаной лодке. Просто до меня этот дзен дошел чуть раньше из-за врожденной лени, а вы всё еще пытаетесь вывезти на себе программу «идеальная женщина по ГОСТу». Вчера сижу на кухне. Время одиннадцать вечера. Мой благоверный залипает в рилсы на диване, кот жрет свой премиальный паштет (который стоит как крыло самолета), а я... а я стою с губкой над раковиной и понимаю, что последние свои туфли покупала года три назад...

Он сидел на моей кухне и плакал. Здоровый мужик, сорок два года, плечи — в дверной проём еле проходят. А тут сидит, и слёзы текут прям в чай. Я стояла у плиты и не знала куда деться. Чайник вскипел второй раз, щёлкнул, я вздрогнула. Он нет. Меня зовут Наташа. Тридцать девять лет, Самара, район Безымянка. Работаю администратором в стоматологии, разведена семь лет, детей нет, не сложилось. Живу одна в однушке, из живого был кот, но и тот сдох в ноябре. С Костей мы полгода. Ну, с Константином. Встретились на дне рождения общих знакомых...

Я нашла переписку случайно. Суббота. Утро. Серёжа в душе, телефон лежит на тумбочке. Экран вспыхнул .