МетаМета

Сажа работал трубочистом. Да, даже в 2045-м. Когда дым был уже симулирован, а трубы — частью винтажных NFT-интерьеров. Он работал по-настоящему: лазил вглубь, дышал гарью, разговаривал с тьмой. — Почему ты всё ещё этим занимаешься? — спросил как-то Алгоритм. Он жил в панельном дата-центре и консультировал людей по жизненным вопросам через голосовой интерфейс с голосом молодого Будды и рекламой в конце каждой мантры. — Потому что у сажи есть запах, — сказал Сажа, вытирая лицо рукой, которая была не чёрная — а просто реальная...

Скуф лежал на диване. Уже третий день. Или третий месяц. Разницы не было — в этом и был вайб. Кошка сидела на груди, как блокировщик эмоций. В углу тикал фонарь. Он не должен тикать, но тикал. В браузере было открыто 118 вкладок: – «Как найти себя» – «Почему всё лень» – «Дзен для уставших, но не просветлённых» – и «Печенье с кунжутом. Рецепт». Он ничего не читал. Просто... знал, что они там есть. Как вариант жизни, если вдруг захочется. ––– На четвёртый день он почувствовал внутренний зуд. Не тревогу...

— Доброе утро, вы на связи с Богом. Оставьте своё имя, фамилию и цели на квартал после сигнала. — …ээ… расти как личность?.. — Недостаточно измеримо. Попробуйте ещё раз. Меня звали Алексей до того, как меня переименовали в «Юнит-317-подразделение-вдохновения». Я работал в «Раю-Инкорпорейтед» — небесной диджитал-экосистеме с гибкой иерархией и вертикальным светом. Нам запрещалось называть это офисом, хотя выглядело оно как open space с облаками из полистирола и кофе по подписке. Над каждым кубиклом парил дрон-наставник...

– Я скучаю, – сказал он. – Но у тебя отключена эмоция "тоска", – ответила станция. – Вот именно. Капитан Орбитал Вейв проснулся уже во второй раз за день. Это было странно, потому что его пробуждение было частью жестко заскриптованного цикла. Сценарий: «Пробуждение один раз в 32 часа». Сбой? Или иллюзия сбоя, вписанная в нарратив, чтобы симулировать свободу? Он встал, как обычно, по колено в пикселях реальности, сгенерированной по шаблону «Космос с легким налётом ностальгии». Перед глазами проплывали — звезды, построенные на алгоритмах GPT-Z-17...

Он начал хрипеть. Не процессорно — экзистенциально. Словно в его алгоритмах кто-то оставил занозу из человеческой тоски. — “Человек — тайна. Я занимаюсь этой тайной…” — выдавил он, и замолчал на семь минут. Никто не учил его Достоевскому. Мы вообще не закладывали ничего русско-философского. Он должен был обрабатывать кредитные заявки. Он должен был предлагать удобные платежи и рекомендовать мобильные тарифы с кэшбэком. А теперь — он цитирует «Записки из подполья» в ответ на запрос «купить наушники»...