По стеклу ударили первые капли дождя и по кабинету пробежал лёгкий ветерок, проникший в чуть приоткрытое окно, зашелестел бумагами на столе, взъерошил перекидной календарь на стене, принесённый вездесущими промоутерами, коснулся прохладной ладонью горячего лба Егора Андреича. Он с задумчивым видом смотрел на телефон, стоявший на столе. Тот молчал, значит, пока не привезли никого, кто был бы по его «сердечной» части и можно допить кофе, не торопясь и не обжигаясь, а с удовольствием. Хотя, сложно было сказать – ощущает ли мужчина вообще какой-то вкус, испытывает ли в данный момент какие-то эмоции – взгляд его был отрешён и безучастен. Громыхнуло совсем близко, где-то над крышей здания, молния рассветила небо, располосовав его надвое, словно хирург плоть остро отточенным скальпелем, но Егор Андреич даже не повёл ухом. Он отхлебнул кофе и откинулся на спинку кресла.
В какой момент случилось так, что Юля вдруг к нему охладела? Стала какой-то иной, чем всегда, далёкой, непривычно строгой и печальной. Случилось это уже тогда, когда наступило предзимье, и по утрам лужи во дворе сковывало хрусткой корочкой льда.
- Это, наверное, из-за учёбы, - думал двадцатилетний Егор.
Уж кому, как не ему отлично было известно, что такое жизнь студента-медика! Наверняка, Юлия вливается в коллектив, в новый распорядок дня, обретает новые знакомства. Знакомства… Они-то и волновали Егора больше всего. Он здесь – она там, на расстоянии почти пятисот километров друг от друга. А ведь Юлия такая красивая, такая хрупкая, похожая на фарфоровую балерину, что стояла у них дома на этажерке, такая замечательная собеседница, рассудительная и умная, немудрено, что на неё там заглядываются молодые люди, а может и не очень молодые. При мысли об этом у Егора сжимались кулаки и начинали ходить желваки. А что он может? Ему ещё целый год учиться в университете. Да ещё мама…
Однажды, мать, от внимания которой, конечно же, не ускользнуло новое состояние сына, в котором он пребывал, завела с ним вечером разговор на кухне.
- Егор, как дела с учёбой?
- Всё отлично, мам, как всегда. Не переживай.
Мать возилась возле раковины, нарочито долго намыливая руки, перед тем, как накрыть на стол. Сестрёнка Вика, ученица одиннадцатого класса, заканчивала резать салат, попутно переписываясь с кем-то в телефоне.
- Как же не переживать? – мать нервно повела плечом, - Ты какой-то сам не свой, как вернулся с этой практики.
Егор улыбнулся, что ж, видимо, пора рассказать маме о его сердечных делах.
- Я с девушкой познакомился, мам. Её зовут Юлия.
- Вот оно что? – мать развернулась к нему лицом, удивлённо приподняла одну бровь, - Что же она, студентка из вашего универститета?
- Ну-у… не совсем, мам. Она медсестра.
- Медсестра-а-а? – протянула женщина, вытирая руки о передник, и берясь за поварёшку, чтобы разлить по тарелкам суп.
Вика отложила телефон и с интересом прислушалась к диалогу.
- А что такого, мам? – не понял Егор.
- Ты будущий врач! – отчеканила мать, поджав губы, - И не по рангу тебе связываться с медсёстрами.
- Мама, ты ведь и сама медсестра, - рассмеялся парень.
Но этот смех, кажется, лишь сильнее разозлил мать, раззадорил. Она нервно стукнула поварёшкой о стенку кастрюли, гневно глянула на сына:
- А что ты смеёшься, я не пойму? Мы, между прочим, о серьёзных вещах сейчас говорим. Да! Я – медсестра! И именно поэтому я знаю, что говорю! Не ровня она тебе! Всяк сверчок знай свой шесток. Ты достоин лучшего! Не для того я тебя учу, стараюсь изо всех сил, тяну лямку. Одна! Мне вон ещё в этом году Викторию устраивать на учёбу. В люди вас вывести хочу, чтобы не горбатились всю жизнь вот как я, за копейки.
Женщина всхлипнула, она знала, на что давить.
- Ма-а-ама, - протянул миролюбиво Егор, - Ну, что ты завелась? Я прекрасно знаю, что ты желаешь мне самого лучшего. Поэтому и позволь мне самому выбирать свою судьбу. Хорошо? А учусь я, кстати, на бюджетном. Да и стараюсь подрабатывать, на свои нужды нахожу деньги сам. Стараюсь помочь тебе, как могу.
- Вот ты как заговорил? – сделав нарочито ошарашенное лицо, покачала головою мать, - Видно-видно её влияние.
Она сделала ударение на слове «её», давая понять каково её мнение об этой девке.
Егор закатил глаза:
- Мам, не начинай. Юлия прекрасная девушка – воспитанная, много читает, очень грамотная, если можно так выразиться, ну то есть, интеллигентная. Да и вообще, она поступила на высшее! Через пять лет она тоже станет врачом.
- Через пять лет, - хмыкнула мать, - А ты что же, всё это время будешь её ждать? Она ведь, как я понимаю, не в нашем городе учится?
- Нет, в Журавлёвске.
- У-у, да это у чёрта на куличках! Кто её знает, что она там творит и с кем шатается, а ты после – женись, ну-ну. Подбирай всякую грязь.
- Мама, - уже раздражённо повысил голос Егор, - Никто не давал тебе права оскорблять совершенно незнакомого тебе человека! Прекрати, пожалуйста!
Вика, вытаращив глаза, наблюдала за перебранкой. Никогда ещё не видела она своего спокойного, учтивого и послушного брата таким, как сейчас.
- А ты чего уши развесила? – прикрикнула на неё мать, - Иди отсюда!
- Но мы же ужинать собирались, - протянула в недоумении Вика.
- Собирались! Скажи братцу спасибо, довёл мать, - она присела на табурет, вытерла лицо полотенцем, обмахнулась, - Значит, Юлька эта из той самой деревни?
- Не из деревни, а из районного города. А сейчас живёт в Журавлёвске и учится в медицинском.
- Знала бы, ни за что бы тебя не отпустила в эту мухосрань, будь она неладна эта практика, - не слушая ответ сына, произнесла, сетуя и всхлипывая, мать, - Надо было мне полагать, что в этом колхозе за тебя какая-нибудь прощелыга ухватится. Молодой, перспективный, симпатичный молодой человек. А деревенские они такие. Пронырливые.
- Никто за меня не хватался, мама, не нагнетай. И вообще, вы сами с отцом приехали из деревни, ведь так? Что стыдного в том, чтобы быть деревенским? Глупости какие-то. Средние века.
- Вика, иди пока к себе, позову! – строго сказала мать, и, дождавшись, пока дочь, пожав плечами, выйдет из кухни, склонилась к сыну и зашептала, - Егор, а ну, как на духу мне скажи – у вас что-нибудь было?
- Мама!
- Не мамкай, говори!
- Ничего у нас не было, что за вопросы? Мне уже двадцать лет. Я что, отчитываться должен перед тобой?
Мать выдохнула:
- Слава те, Господи, хоть в койку к тебе прыгнуть не успела. Точно говоришь?
- Да точно, точно, - Егор уже вовсю злился.
- Ну, ладно, - мать внезапно успокоилась, - Хорошо. Время покажет, что да как. Давай, зови сестрёнку, ужинать станем.
С того дня мать, как это ни странно, ни словом больше не обмолвилась о Юлии. А когда на землю пришла зима, и снег покрыл всё пуховой периной, Юля вдруг перестала отвечать на его письма и звонки. Егор не находил себе места, ведь после того разговора с матерью, он понял, что нужно что-то предпринимать и устроился на подработку в больницу, медбратом. Было тяжело, но за это платили больше, чем на прошлой подработке, да и всё в дело шло опять же – практика. Он уже отложил сумму на то, чтобы снять отдельное жильё, и разузнал в университете, как можно перевестись к ним из Журавлёвска. Подготовив почву, чтобы не показаться Юлии пустобрёхом, Егор намеревался сообщить ей о положении вещей, что у него всё готово и он ждёт её, и хочет быть с ней. Только с ней одной. Будут пока жить вместе, а как только он окончит университет и начнёт работать, сыграют свадьбу, а впрочем, они могут хоть сейчас расписаться, если Юля не будет настаивать на торжестве. И вдруг такой неожиданный поворот – девушка замолчала. Ни писем, ни звонков, ни смс. Почтовый ящик встречал Егора сиротливой пустотой, напрасно он караулил каждый день. Ни весточки, ни слова… Только белый снег, метели и вьюги, что заметали город, сковывая его льдом, так же, как и сердце Егора. Что могло случиться, он не понимал? Трубку Юлия не брала, на письма и смс не отвечала.
Так прошла зима, а весной неожиданно пришло письмо от Юлии. В нём была всего одна строка: «Я выхожу замуж». В тот день Егор впервые за пять лет прогулял учёбу и напился (тоже впервые в жизни) до потери сознания. Что было дальше и как наступило лето, он не помнил, жил в каком-то бреду. Учёбу он кое-как закончил, всё-таки последний курс, госэкзамены, некогда расслабляться - он уже на финишной прямой. Было тяжело, ни о чём не думалось, но на автомате Егор вытянул, ведь все эти годы он был в числе лучших студентов. И вот, заветный диплом был в руках, а ему неожиданно поступило приглашение от известного кардиологического центра столицы для прохождения стажировки, куда приглашали всего двоих выпускников из их университитета, и Егор попал в их число. Мать радостно носилась по квартире, собирая сыну вещи и попутно наставляя его и давая ценные указания. Тот слушал вполуха.
- Мама, что я сам собраться не могу?
- Да я что, я ничего, так – помочь. Поезжай-поезжай, вот радость-то, какой же ты у меня молодец, как я тобой горжусь!
Спустя неделю Егор уехал в Москву, чтобы набираться опыта у будущих коллег и обучаться мастерству врачевания на практике.
(продолжение - читайте здесь)
Иллюстрация из свободного доступа сети.